— Как давно ты знаешь Эбигейл?
— Два года, так что я много чего знаю о ней.
— Познакомился с ней через Патрика, да?
— Да, мы с ней пили. Вокруг нее всегда ходят мужики, я скоро это обнаружил.
— И вы с ней впоследствии ходили куда-то вдвоем, наедине? — спросил Страйк.
— Она сказала тебе это, не так ли? — сказал Саксон, и трудно было сказать, был ли он более огорчен или польщен.
— Да, после того как ты подошел к нашему столику в пабе, — сказал Страйк.
— Что она сказала? Потому что она наверняка соврала.
— Только то, что вы с ней вместе выпивали.
— Это была не просто выписка, а гораздо больше. Она готова на все. Потом я понял, сколько у нее еще парней. Мне повезло, что я не попался, — сказал Саксон, слегка вздернув подбородок.
Знакомый с обычным мужским презрением к женщинам, которые наслаждаются авантюрной сексуальной жизнью, которая либо исключает, либо уже не включает их, Страйк продолжал задавать вопросы, предназначенные исключительно для того, чтобы оценить, насколько следует доверять любой информации, которую может предложить Саксон.
У него было предчувствие, что ответ может оказаться нулевым.
— Так вы прекратили отношения, да?
— Да, я с этим смирился, — сказал Саксон, еще раз слегка вздернув подбородок, — но потом она взбесилась из-за того, что я ходил в спортзал и в “Форестер”, а потом заходил в ее квартиру к Патрику. Обвиняет меня в том, что я ее преследую. Не льсти себе, милая. Я много чего про нее знаю, — повторил Саксон. — Так что она должна была бы, блядь, меня преследовать!
— Ты сказал, что она кого-то убила, находясь в церкви, — сказал Страйк, держа ручку наготове.
— Да… ну… это так, — сказал Саксон. Потому что, да, Патрик слышал, как ей снился кошмар, и она кричала “Режь поменьше, режь поменьше!” Он пошел и стал стучать в ее дверь — он сказал, что она издавала чертовски ужасные звуки — это после того, как она встретила тебя. Она сказала Патрику, что это подняло для нее тему, о которой вы говорили.
Страйк быстро пришел к выводу, что Эбигейл и ее воспитание вызывают у ее постояльца и его друга нездоровый интерес, почти что нездоровое увлечение.
Вслух он сказал:
— Как она убила этого человека?
— Я тебе скажу. Она сказала Патрику, что на ферме был один паренек, знаешь, — Саксон постучал себя по виску, — немного глуповатый, и он сделал что-то не так, и его собирались выпороть. И вот она и эта пришлая девчонка, им стало его жалко, и они побежали за кнутом и стащили это.
