Иногда не могу вспомнить вчерашний день, но все это помню. Коутс был неприятным человеком. Очень неприятный человек.
— Почему вы так говорите?
— Дети, — сказал Шейла. — Разве ты не знаешь обо всем этом?
— Вы говорите о том, как были арестованы братья Кроутер?
— Да. Мерзкие люди. Ужасные люди. Они и их друзья.
Мурлыканье кота наполняло комнату, когда он лежала на спине, а Робин гладила его левой рукой.
— Мы с Брайаном никогда не знали, что они замышляют, — сказала Шейла. — Мы никогда не знали, что происходит. Мы были заняты выращиванием и продажей овощей.
У Брайана были свиньи.
— Неужели?
— Он любил своих свиней и кур. Дети бегали по повсюду… У меня не было своих. Выкидыши. Всего у меня их было девять.
— О, мне очень жаль, — сказала Робин.
— У нас никогда не было своих детей, — повторила Шейла. — Мы хотели детей, но не могли. На ферме было много детей, и я помню твоего друга. Большой парень. Больше, чем некоторые старшие мальчики.
— Простите? — сказала Робин растерянно.
— Твой партнер. Кондоман Страйк или что-то в этом роде, не так ли?
— Именно так, — сказала Робин, с любопытством глядя на нее и размышляя, действительно ли пожилая леди, которая могла много повторяться, но казалась в основном бодрой, впала в маразм.
— Когда я сказала соседке, что ты придешь ко мне, она зачитала мне статью о тебе и о нем. Он был там со своей сестрой и мамой. Я помню, потому что моему Брайану нравилась Леда Страйк, и я это заметила, и мы с ней из-за этого поссорились. Ревность. Я все время видела, как он за ней наблюдает.
Ревновала, — повторила Шейла. — Но я не думаю, что Леда посмотрела бы на моего Брайана. Он не был рок-звездой, Брайан.
Шейла снова издала надтреснутый смешок. Изо всех сил стараясь скрыть свое потрясение, Робин сказала:
— У вас очень хорошая память, Шейла.
— О, я помню все, что происходило на ферме. Иногда не помню вчерашний день, но все это помню. Я помогала рожать маленькой Энн. Там был Гарольд Коутс. Он был врачом. Я помогала. Ей было очень тяжело. Ну… ей было всего четырнадцать лет.
— Правда?
— Да… свободная любовь, понимаете. Это было не так, как сейчас. Все было по-другому.
— А ребенок…?
— Все было в порядке. Мазу, как назвала ее Энн, но вскоре после этого Энн ушла. Оставила ее в коммуне. Не нравилось быть матерью. Слишком молодая.
— Так кто же присматривал за Мазу? — спросила Робин, — Ее отец?
— Не знаю, кто был ее отцом. Я никогда не знала, с кем ходит Энн. Люди спали с кем попало. Но только не мы с Брайаном.
