А он доберётся сегодня же, но чуть позже.
— Мироныч, у меня тут ещё одна встреча. Я не уверен, что принесёт пользу, но схожу и послушаю. А потом кликну тебя, портал откроешь? Быстрее будет, чем моими путями.
— Открою, — кивнул Болотников.
Вот и славно. А пока — быстрый взгляд на себя в зеркало, и вперёд.
Московский отцовский дом в последние годы стоял пустым, но в нём жил пяток человек из прислуги — приглядывали, топили, проветривали, убирали пыль. Соколовский свалился, как снег на голову, ему открыли пару комнат, и боязливо поглядывали — чего захочет барин.
Барин хотел только ночевать, да чтобы одежду чистили — а даже кормился снаружи. Вот и сейчас — сказал, что уходит, будет неизвестно когда, и потом сразу же отбудет обратно к месту службы, и ему разве что боязливо поклонились.
В кабинете профессора Пуговкина собрались знакомые лица — зять Аркадий Ракитин, младший сын Авенир, Яков Львович Мышинский — чиновник-некромант из министерства внутренних дел, ректор Павел Павлович Мезенцев, и неизвестный Соколовскому маг почтенного возраста, очевидный универсал, как и Мезенцев.
— Ну вот, все и собрались, — кивнул хозяин, увидев Соколовского. — Это у нас автор интересного запроса, надворный советник Соколовский, Михаил Севостьянович.
— Сынок Себастьяна Михайловича, что ль? — незнакомый маг взглянул с интересом. — Хорошо, хорошо."
"— Он самый, верно. А это князь Бельский, Фаддей Петрович, — Афанасий Александрович взглянул на князя с уважением. — Любитель загадок из области магической теории и разных магических редкостей.
О Бельском Соколовский слышал — как об артефакторе, собирателе редкостей, простых и магических, и дипломате, лет надцать как вышедшем в отставку и наконец-то посвятившем себя всего целиком любимой коллекции.
— Если кто и может пролить свет на твою, Миша, тёмную историю, так это только он, — продолжал Пуговкин. — И пока там дамы ещё не позвали нас к столу, самое время рассказать Фаддею Петровичу, что да как. И мы ещё разок послушаем.
— Так вот новые факты подъехали, — усмехнулся Соколовский.
— Когда успели? — деланно удивился Мышинский. — У вас же там, в глухой Сибири, новый человек раз в месяц, а новостей и того меньше.
— Хорошо бы так, Яков Львович, — покачал головой Соколовский. — На самом деле — немного больше и немного чаще. Болотников связывался, он и рассказал.
Дальше пришлось пересказать историю о заморском чудище в посёлке Тельма, случившуюся восемь лет назад.
