— Чтобы найти себе тело, снова возродиться и жрать людей? — поинтересовался Соколовский.
Он изо всех сил старался остаться невозмутимым, но видит бог, как это было сложно! Хотелось… хотелось вцепиться почтенному старцу в бороду.
— Невозможно, — покачал головой Бельский. — Не на нашем веку. Лет через двести, может быть, но — мы уже не увидим, ни вы, ни я. И у вас там, в Сибирске, бесчинствует вовсе не он, но кто-то из его собратьев.
— Что это за существо, Фаддей Петрович? Вы у нас человек учёный, а мы все, как оказалось, не особо, — усмехнулся старший Пуговкин.
— Вы просто не бывали там, где можно встретить такое чудо, — покачал головой Бельский. — Где можно заслушаться сказками и пожелать себе… необыкновенного. У нас тоже ещё кое-где остались те, что были прежде людей. Они владеют всеми силами мира, живут с миром в гармонии и имеют ещё какой-нибудь облик, не только человеческий. Предмет нашего разговора — из тех самых существ.
— Ни разу не слышал, чтобы Старшие были агрессивны, — нахмурился Мезенцев.
— Старший Старшему рознь, — покачал головой Бельский. — Бывают такие, кто не любит людей и питается ими. Нами. Не знаю, что там происходит в их нечеловеческих головах, но люди для них враги. И… пища. И когда ты посмотришь на лисью морду, то с первого взгляда никак не угадаешь, просто лиса перед тобой, обычный оборотень, или же такое вот… чудо.
— Постойте, выходит — они разумны, так? — уточнил Соколовский.
— Именно, юноша, — кивнул Бельский."
"— Тогда… почему вы посадили его в клетку? Зачем везли через всю огромную страну? Почему не договорились? Почему не доставили порталом, в конце концов?
— Я слышал, что вам рассказали — как такая тварь ведёт себя в тенях.
Тени ей как дом родной, что мир, что его изнанка — всё едино. А из порталов они тянут силу, точнее — из артефактов портала, и могут испортить такой артефакт навсегда. Поэтому — никаких теней, никаких порталов. Только по земле, так у нас есть шанс. Они сильнее нас, ловчее, и в магических искусствах нам не сравниться с ними никогда.
— А почему они пьют кровь? — Соколовский продолжал расспросы.
— Питаются они кровью. О нет, не все. Большинство отлично ест мясо, предпочитая курятину, и любую другую человеческую пищу. Китайцы говорят, что ничтожная их часть от начала мира отмечена тьмой, вот те и охотятся на людей. Они, строго говоря, не пьют кровь, они забирают жизнь и душу. Поэтому в теле не остаётся ни крови, ни души, ни духа.
