— Но я сам видел тела!"
"— Понимаю. Велю проверить — докладывали о случившемся, аль нет. И если докладывали — то кто, и какова судьба доклада.
— У вас есть некромант? Хотя бы один?
— Есть, — кивнул Болотников и позвонил — пусть несут горячее.
И снял с дверей прозрачную непроницаемую завесу — чтоб дворня смогла проникнуть в гостиную.
Понесли — запечённый кусок оленины, с поджаристыми кружочками картофеля, и истекающую жиром утку, нашпигованную гречневой крупой с какими-то приправами, на которые Данила Петрович, повар Болотникова, был большой мастер.
Добавили свежего хлеба с хрустящей корочкой, обновили рябиновую настойку в графине. Ушли с поклонами, и Болотников вернул завесу.
— Пейте, пейте, Семён Игнатьевич, это, конечно, не франкийское вино, не лимейское и не «Вдова Милле», но — отличная местная настойка. По холодам — самое то. И расслабиться, и согреться.
— Расслабишься тут, — вздохнул собеседник, но рюмку свою опустошил.
Тоже захватил из вазочки гриб, гриб ускользал от него, тогда раздосадованный Семён Игнатьевич привстал и ткнул в шляпку что есть силы.
— Победили грибного супостата? Так и разбойников наших победите. Главное, не пытайтесь победить всех и сразу. Разбегутся, по щелям попрячутся. Понимаете, чиновники приходят и уходят, а местные дела — они вечные. Местные споры, ссоры, свары. И на ваш век хватит, и после вас останется.
Захлопали двери, оживилась прислуга — неужели второй гостюшка явился? Не был уверен, что поспеет вернуться в город до поздней ночи, но кажется — успел.
Пусть заходит, познакомится с новым человеком, всё польза.
Болотников снова убрал завесу и поднялся навстречу гостю.
— Что, смертушка, поспел в город? И ладно. А тут вот к нам прислали большого человека, он приехать не успел, а уже спрашивает — где ж в вашей губернии некроманты? Почто не встретили с почётом да не представились?
— Ну что вы так сразу, Матвей Миронович, — усмехнувшись, Пантелеев тоже поднялся из-за стола и поклонился гостю.
— Это, значит, наш единственный служивый некромант, Соколовский, Михаил Севостьянович, надворный советник, чиновник для особых поручений, прошу любить и жаловать. А это, — Болотников обернулся к новичку, — ротмистр Пантелеев, Семён Игнатьевич, наш новый глава сыскной службы.
— Рад знакомству, — Соколовский улыбнулся.
