Осторожно присев на край лавки, женщина пригубила вино и начала говорить."
"– Зовут меня Власта. Мы с мужем жили в столице. Он кожевенником был, а я белошвейкой. Почти всех знатных дам в столице обшивала. Полтора года назад в столице случился мор. Черная оспа. Мужа и двух сыновей схоронила. Только Ната у меня и осталась. Мастерскую и дом отобрали за налоги, а нас просто выбросили на улицу. Вот я и подалась куда глаза глядят. Бродили по всей империи с караванами, но места нам нигде не нашлось. Стоит кому-то узнать, что мы от мора бежим, так сразу гнать начинают, хотя за то время, что мы по дорогам бродим, оспа нас уже давно убить должна была.
Пока сюда дошли, Ната простудилась. Пришлось остаться в деревне. Она только-только на улицу выходить начала, а тут эти бандиты.
– Как она? Не сильно поранена? – осторожно спросил десятник.
– Нет. Порезы не глубокие, заживут. Только испугалась сильно.
– Теперь-то уж нечего бояться, – улыбнулся Ал-Тор, осторожно погладив девочку по белокурой головке, – они больше не придут.
– Вы их совсем прогнали, мастер? – тихо спросила девочка.
– Совсем, совсем, маленькая. Так что теперь можешь ничего не бояться. А чтобы страх побыстрее прошел, мы сейчас скажем хозяину, чтобы он нам халвы принес, – ласково проговорил Ал-Тор, делая хозяину знак.
Толстяк моментально выставил на стол тарелочку с лакомством. Усадив ребенка на колени, юноша поставил перед ней халву и тихо, словно скрываясь, прошептал:
– Вот съешь халву и бояться перестанешь.
Она же сладкая и вкусная, а вкусное всегда страх прогоняет. Но только если страх настоящий. Обманывать нельзя, а то больше не получится.
– Правда? – настороженно спросила Ната.
– Конечно. По себе знаю. Вот попробуешь и сама увидишь, – заговорщицки прошептал ей Ал-Тор и девочка с удовольствием принялась уписывать лакомство.
Суровые седые ветераны с умиленными улыбками наблюдали за этой картиной, втихомолку посмеиваясь над счастливой, перепачканной рожицей.
Лихо расправившись с угощением, девочка откинулась на плечо Ал-Тора и, вздохнув, задумчиво произнесла:
– Оно и правда вкусное.
Ал-Тор удивленно посмотрел на женщину. Заметив его взгляд, та грустно кивнула и, вздохнув, ответила:
– Она почти не помнит, как мы жили до мора, а с тех пор, как нас разорили, у меня была только одна забота, накормить ее досыта. Тут уж не до сладостей было.
Задумчиво кивнув, Ал-Тор перевел взгляд на стол, где староста заканчивал раздавать деньги.
