Потому что вы сами придумали себе ограничения, – припечатала его я. – В чем-то ты прав – звери живут простейшими чувствами и желаниями. Но даже волки легко приручаются, если с ними правильно обращаться. Даже кошки делают то, чего от них попросят, если найти к ним нужный подход. Или, скажешь, не так, волк?
Наран в сердцах плюнул и умчался прочь, а Роар неожиданно задумался:
– То есть ты считаешь, что на самом деле зверя контролировать мы не должны?"
"– Должны, – улыбнулась я. – На то нам и дан разум.
Но для этого можно использовать не только силу. Сам посуди: вчера у тебя не было такой возможности, но волк все равно тебя не подвел. Ты не мог его контролировать, а он не предал.
– Я… мне нужно подумать, – запинаясь, проговорил оборотень, нервно сжав пальцы на моей талии.
Я кивнула и раскованно потянулась.
– Думай. А я, пожалуй, навещу во-о-он те прелестные кустики, а потом еще немного посплю. Все равно до вечера делать больше нечего.
* * *– Хочу молока! – заявила я, едва открыла глаза в следующий раз.
– И свежезажаренного поросеночка! Или курочку! А можно и того и другого!
Роар, который до самого вечера так и продержал меня на руках, озадаченно крякнул:
– Где ж мы тебе молочка в такое время найдем?
– Скоро будет еще одно село. Скорее всего, последнее на границе с лесами друидов. Вот туда и заедем. Надеюсь, деньги у вас еще остались? – подозрительно прищурилась я.
– Остались, – успокаивающе махнул рукой приблизившийся Наран.
– Тогда точно заедем, – расслабилась я и, усевшись на лошадь, всмотрелась в быстро сгущающиеся сумерки. – Так. Давайте-ка прибавим шагу, а то, чует мой нос, скоро будет гроза. Мокнуть в лесу в такую погоду мне совершенно не хочется.
Лохматые одновременно покосились на хмурое небо, которое еще с утра было облачным. К вечеру его совсем затянуло, а среди и без того несимпатичных серых облачков стали появляться совсем уж темные тучи.
Такая же туча, только почти черная, наползла и на лицо едущего последним Рокхета:
– Мы туда не поедем.
– Что? – совершенно искренне обалдела я. – Что ты сейчас сказал?
– Мы. Не поедем. В село, – неестественно ровно повторил вожак.
– Роар, притормози-ка. Я хочу еще раз это услышать и убедиться, что мне не показалось!
Рыжик беспокойно поерзал, но лошадь все-таки придержал и откровенно встревожился, когда я встала и одним прыжком переместилась на круп семенящей рядом лошадки Рокхета.
