Илвар бесшумно следовал ним, неся стопку пергаментов, готовый записывать все решения и даже составить договор на месте, если потребуется.
Поместье виконта Гримсби было украшено к свадьбе так, чтобы подчеркнуть богатство и древность рода. Главный зал пестрел гобеленами со сценами из жизни Первородной и охотничьими мотивами. Вдоль стен стояли длинные столы, покрытые богато вышитыми скатертями, на которых находились сверкающие медные подсвечники, придавая помещению торжественный вид.
За завтраком герцога посадили рядом с хозяевами дома.
По левую руку от него сидела мать будущей виконтессы Гримсби, а напротив — граф ан Дорн. Граф выглядел откровенно скучающим и, вероятно, прибыл лишь на один день, чтобы не разочаровать Орден Первородной.
Ближе к концу стола расположились барон д’Арлейн и его ближайшие соседи — бароны Марлоу и Тамази, все они прибыли со своими семьями.
Все, кроме барона д'Арлейн. Рядом с ним сидели его мать, Фирруза д'Арлейн, и сестра Ариадна. Однако герцог нигде не видел его необычную жену.
Позднее, в течение дня, он неоднократно замечал Кайроса д'Арлейн — то в беседах с семьёй, то с друзьями. Иногда его сопровождала незнакомая благородная девушка, очень привлекательная, которую герцог не узнавал.
— Засмотрелись, Ваша Светлость? — к нему подошёл слегка подвыпивший родственник барона Тамази, имени которого Теоден не знал. — Это леди Лилеана Муради, дебютантка и главная красавица сезона.
Имя рода Муради ни о чём не говорило герцогу.
— Она здесь с семьёй?
— Нет, они живут далеко на востоке.
Заинтересовались? — мужчина ухмыльнулся, будто знал ответ.
Если она не из соседей виконта Гримсби, то что эта Лилеана Муради вообще здесь делает? Судя по тому, что он никогда не слышал этого имени, их род не был влиятельным. Возможно, она подруга невесты?
— Не вижу супруги барона д'Арлейн, — холодно заметил герцог, меняя тему. Он рассчитывал поговорить с Талирой о том, насколько серьёзно она намерена задержаться в Синей Трясине и обсудить производство. Если его гильдия заинтересовалась её товарами, значит, они были качественными и поставлялись в больших объёмах.
Однако Теоден подозревал, что для баронессы это лишь игра.
— Да какая она баронесса, — презрительно ответил родственник барона Тамази. — Я часто бывал у д'Арлейнов. Её даже крестьянам стыдно показывать — стоит ей заговорить, как её происхождение сразу выдаёт себя. Полное невежество. Её магия — единственная причина, почему её ещё не сослали в обитель на Скорбном Хребте.
