— Базил живёт неподалёку от дороги на Арлайн, а Эльза и Сирил — у самой границы с проклятыми землями. Вот и все, — сказала Марисоль, подавая мне кружку воды. Я поблагодарила её с искренней теплотой."
"— После наводнения пять лет назад я уж думал, что никто сюда больше не вернётся, — произнёс Германн, задумчиво глядя в окно. — Может, это влияние Тёмного Урго, из-за соседства с проклятыми землями. — В прошлом мужчина работал на добыче болотной руды, но герцог забросил эти земли, и теперь Германн помогал жене собирать лечебные травы, продавая их в Арлайне.
У них даже были свои осёл и телега. — Вы уж меня извините леди, не тянете вы на ту, кто сможет изменить ситуацию. Два богатых господина пытались, а вы не выглядите как богачка. Скорее сами здесь сляжете, где только душа держится!
Ронана эти слова возмутили, но я лишь весело рассмеялась. Германн явно забыл, что молодость часто не знает страха, и я была слишком счастлива, впервые в жизни ощущая, что у меня есть что-то своё.
— Может, и слягу, но попробовать стоит. Не списывайте меня раньше времени, — ответила я с улыбкой.
Я уже любила каждую лужу и папоротник на этой земле.
Мы ещё долго беседовали с Германном и Марисоль, обсуждая «Синюю Трясину». Я расспрашивала их о местных животных, о том, водится ли здесь рыба, и видели ли они что-нибудь необычное. Старики посоветовали мне отправиться на восток, туда, где находились проклятые земли, и где, недалеко от границы, жила ещё одна пара, не покинувшая болота после наводнения.
Туда мы и направились с Ронаном, хотя время уже близилось к полудню, и следовало подумать об обеде. Периодически мы останавливались, пережидая кратковременные дожди. Стоя под густыми кронами деревьев, я с тоской смотрела на горы, окружающие «Синюю Трясину» — именно они приносили нам столько осадков. Поднимаясь к горам, воздух охлаждался и не мог больше удерживать влагу, которая оседала на нашей земле. Вообще, в «Выживании и формировании устойчивой общины» не рекомендовали жить на болотах…
Зато красиво.
Особенно если любоваться этой красотой из уютного, тёплого дома.
Граница проклятых земель была видна издалека — земля становилась суше, местами проглядывал песок, а привычные папоротники сменялись незнакомыми мне невысокими травами с мясистыми стеблями.
Но больше всего меня насторожили отдалённые синие огни.
Я шла к ним, словно на привязи.
— Всё, дальше нельзя. Осторожнее.
