Дальше схематично объяснил, как они работают в Круге, утаив лишь возможность воздействовать на разум. Решил, что такая “заначка” может парням пригодиться, если всё пойдёт по худшему варианту. Мы с ними уже обсуждали эту тему, так что рот на замке держать будут.
Ну а дальше и врать не пришлось. Теперь все наши подвиги обрели своё объяснение. С каждым моим словом присутствовавшие всё больше охреневали. Ну, за исключением тех, кто знал часть истории. На бедного Старшего следователя Комова совсем смотреть больно.
- Выйдите все, кроме Горюнова, - приказал он в какой-то момент.
Выгнал даже адъютанта, оставшись со мной один на один. Чувствую, сейчас пойдут уточняющие и очень неприятные вопросы. Так и оказалось.
- Горюнов… Отныне считайте себя не сержантом, а подследственным. Сокрытие такой информации можно смело приравнять к государственной измене. Минимум, что вам светит - это каторга. Но я не исключаю и эшафот.
- Да ладно, Илья Сергеевич, - беспечно отмахнулся я. - Не переигрывайте.
Такие вещи говорят, нацепив наручники и держа под прицелом. А у меня даже табельное оружие не отобрали. Тем более вы знаете про мой серп. Только дурак останется с таким “преступником” тет-а-тет.
Из чего делаем выводы: либо вы не хотите меня арестовывать, либо хотите, но по каким-то причинам не можете. Почему-то мне кажется, что вторая версия более жизнеспособна. Если это так, то сразу же возникают другие выводы. Вам их озвучить или прекратим устраивать цирк?
- Это не цирк, - нахмурился следак.
- Дело реально серьёзное.
- Но полномочий вести его в одиночку у вас нет?
- Не буду спорить, хотя по своему ведомству и обязан допросить со всем пристрастием.
- Из-за сержанта Палкиной? - кинул я затравочку. - Она кто? Судя по её странным способностям, склоняюсь, что дочь императора. Отсюда и код “три нуля”.
- Ни разу не дочь и никогда ею не была. А странные способности? Как вы уже успели вычислить, минус Дар у Палкиной есть. Неслабый… Впрочем, как и у вас.
Но ставить на одну доску себя и императора не стоит. Вошь дракону неровня.
То, как он расслабился после моей гипотезы, показало, что следователь говорит искренне. Жаль… Такая красивая теория пропала. Но вот сравнение обидное."
"- Илья Сергеевич, - не удержался я от порыва влепить Комову ответочку. - Приятно, что считаете меня драконом. А вот оскорбление самого императора вас не только не красит, но и является государственным преступлением.
