Та на ноги встала, к спинке прислонилась, и палец в рот сунула. И снова на Дмитрия огромными глазами уставилась, не обращая внимания на то, что взрослый мужчина от этого взгляда нервничает. — Поживу некоторое время, пока вы не устроитесь, не привыкнете, Николай Викторович просил. А потом сниму другое жильё. Это не проблема.
Послышался жуткий топот. Антон вниз по лестнице сбежал и сообщил:
— Мама, там целых пять комнат. Пять!
Марина устремила на него предостерегающий взгляд.
— Я очень рада.
— Я тоже. С Элькой я точно больше жить не буду!
Марина заметила, как Гранович усмехнулся, отвернулась от него, а сыну ничего не ответила.
Эля за неё уцепилась, подпрыгивать начала, и Марина поняла, что в туалет хочет, но при чужом мужчине молчит. И дело было не в том, что стеснялась, она вообще при чужих всегда молчала. Дочку забрала и ушла наверх.
К вечеру вещей внизу значительно поубавилось. Дети выбрали себе комнаты, Марина застелила им кровати, еле вспомнила в какой сумке постельное бельё. Правда, была уверена, что сегодня Эля спать будет с ней, одна в комнате так сразу не останется.
Но пока что дочка вовсю развлекалась, носясь по дому, спотыкалась, только когда Дмитрия видела. Но, по крайней мере, больше не куксилась и не ныла, что хочет домой, а здесь ей совсем не нравится. Бегала то в свою комнату, то в комнату Антона, разглядывала вещи брата, которые он из коробок доставал, несколько раз от него нагоняй получила, но всё равно в коробки без спроса лезла.
— Мама, забери её! — кричал Антон. — Она сейчас всё растеряет!
— Антон, ну куда я её заберу? Нужно ужин готовить.
— А мне что делать?
— Включи Эле телевизор!
— Да? А ты думаешь, я найду её мультфильмы? Где диск?
— Ты меня спрашиваешь?
— А кого?
— Так, Антон, не серди меня!
Он ногой топнул и снова наверх ушёл, а Марина первый наугад ящик открыла и замерла, увидев посудомоечную машину. Открыла её и заглянула внутрь из любопытства. Потом головой покачала. Ко многому ей придётся привыкнуть.
Дмитрий вышел из двери, справа от лестницы, и Марину окликнул:
— Помощь нужна?
Она вздрогнула, посудомойку закрыла, а когда повернулась, постаралась улыбнуться.
— Нет, я просто… Не знаю, где что стоит. У вас есть большая сковорода?
Дима сделал пару шагов, голову поднял, когда сверху громкие голоса детей послышались, затем его взгляд вернулся к Марине, и Гранович плечами пожал.
— Я не знаю. А большая — это как?
— Ну… — Марина искренне растерялась, руками попыталась показать размер. — Вот такая, например.
