Посмотрим, насколько его полёта хватит. Шлёпнется и шею себе свернёт.
— Тома!
— Ну что? Тебе его жалко, что ли? Нашла, кого жалеть. Ты себя пожалей.
Марина криво улыбнулась.
— Уже пора начинать, да?
— Марин, вот что ты начинаешь? Всё у тебя будет, ты же у нас красавица. Если вспомнишь об этом когда-нибудь. А то сидишь, вся зашоренная, из-за Игорёчка своего. Знаешь, мы какого тебе мужика наёдём?.. Ух!
Марина невесело усмехнулась.
— Да, Нина Владимировна мне об этом уже сегодня сказала.
Тамара удивилась настолько, что жевать прекратила.
— Что сказала?
— Что я в их квартиру нового мужа собираюсь привести.
Тома рот открыла. Затем возмутилась.
— Вот ведь… грымза старая. Не слушай её, Марин, не слушай. Не её это дело. Ещё не хватало, чтобы её сынок квартиру делить додумался, двоих детей выселять. Да и чего тут делить-то? Хрущёвки наши! Да никогда не разъедешься!
Марина из-за стола поднялась.
— Всё, не хочу больше об этом говорить. Пойду, Эльку пора укладывать, а то Антон ей снова каких-нибудь ужастиков на ночь расскажет.
— И подругу похвалила: — Отличная наливка, Том. Нервы успокаивает.
Развод — это вообще ужасное дело. Кажется, ещё недавно люди жили вместе, планы строили, а теперь вот разъезжаются, имущество делят, ругаются и даже проклинают друг друга. Марина этого не хотела. Ей было очень страшно расставаться с Игорем врагами. Ведь они никогда не разойдутся в разные стороны, как чужие. У них дети. Они будут встречаться, невольно узнавать друг о друге какие-то новости, а дети будут за всем этим наблюдать, оценивать, пример брать.
Поэтому нужно сохранить лицо, нужно постараться сохранить человеческие отношения. Постараться, по крайней мере.
Наверное, Игорь от неё такой рассудительности не ожидал. После той некрасивой истерики, которую она закатила ему в тот день, когда он уходил. От неё уходил. К другой. Поэтому, когда они встретились спустя какое-то время, после полного безмолвия, когда Игорь даже не звонил, а с детьми встречался урывками, где-то на стороне, он выглядел смущённым и напряжённым.
И на Марину прямо не смотрел. Всё глаза прятал, хотя, как она догадывалась, доводы у него были заготовлены железные. На тот случай, если она начнёт упрямиться и попытается его убедить вернуться. Марина не стала его убеждать, хотя видеть Игоря оказалось намного тяжелее, чем она могла предположить. Все внутренние бастионы тут же рухнули, как только она его увидела, и заметила, как он знакомым до боли движением волосы со лба откидывает.
