— Что это значит?
— Думаю, нервное, у детей такое бывает. Она ещё разревелась, всё про тебя спрашивала, вот и…
Он несколько смущённо кашлянул в кулак, а Марину крепче обнял.
— Прости.
Она крепко зажмурилась.
— Ладно, Дим, мы же договорились. Оба виноваты. — Марина за руку его взяла, их пальцы переплелись, и она с интересом разглядывала их руки. — В следующий раз будем думать.
— Не хочу я никакого следующего раза.
Марина улыбнулась.
— Так я тоже не хочу.
Он с её щеки тёмный локон сдул.
— Я один там чуть не спятил, честно.
Приехал в эту пустую квартиру, тошно так, что слов нет.
— А чего ты психанул? Из-за Игоря? Тоже мне, придумал. Да если бы я… если бы я думала о нём, точно бы в дом не пригласила, а уж тем более ночевать не оставила. — Марина на бок повернулась и Диму обняла. — Я же тебе говорила, не раз говорила, что никогда его не прощу. Я простила ему, что ушёл, простила, что врал, но то, что он тогда… — Она сглотнула. — Просто переступил через меня, я об этом всю оставшуюся жизнь буду помнить.
И всё это было ради детей. — Марина подбородок кулачком подпёрла. — Я с ним говорила, позавчера. И всё ему сказала.
— Что?
— Что больше не буду решать его проблемы, помогать ему, пусть сам строит отношения с детьми. И вообще… Представляешь, он ушёл от Даши!
Дима брови вздёрнул, правда, услышанному совсем не удивился, а внутри снова всё натянулось.
— Ушёл, и что же?
Марина плечами пожала.
— Понятия не имею. Вернулся в нашу квартиру, но я посоветовала ему к Даше вернуться.
— Зачем?
— Не знаю зачем.
— Марина даже рассмеялась. — Ему Нина Владимировна и без меня всё объяснит. Ладно, — она по его руке ладонью провела, от локтя до плеча, ногти слегка впились в его кожу. — Лучше скажи мне, что мы дальше делать будем.
Гранович хмыкнул.
— Ты меня спрашиваешь?
— А кого мне спрашивать?
— Действительно. — Дима призадумался, лоб потёр, а затем пожаловался: — Кажется, у меня снова температура.
Марина на локте приподнялась и посмотрела на него.
— Что ты выдумываешь?
Он рассмеялся.
— Да правда!
— Переедем, — начала она, причём говорила очень серьёзным тоном, чтобы Димка важность момента прочувствовал, — но не сейчас, а когда учебный год закончится, чтобы Антона не срывать. Осталось каких-то два месяца. И думаю, мы найдём, чем их занять. Нужно столько всего сделать, столько обдумать, столько решить. — Марина снова легла, голову ему на живот положила и стала на потолок смотреть, а Дима наблюдал за ней с некоторым удивлением.
