— Марина в глаза ему смотрела, сглотнула, а Димка от её пристального взгляда окончательно смутился, и не к месту добавил: — Отличное место в любви признаваться — в коридоре у лестницы.
Словно в подтверждение его слов, Эля по лестнице поднялась, осторожно из-за угла выглянула и тут же в позу встала, увидев, что мама и дядя Дима обнимаются.
— Что вы тут спрятались от меня?
— Кто от тебя спрятался?
— Вы!
Марина Димку от себя отодвинула.
— Иди, ложись в постель, а я завтрак приготовлю. — Дочку по голове погладила.
— Ты голодная?
— Да, и чаем не напоенная.
Гранович рассмеялся."
"— Голодная, чаем не напоенная и соскучившаяся. Кошмар. Несчастный ребёнок. — Он вернулся в спальню, в кровать лёг, даже повозился, устраиваясь поудобнее, и самому себе не веря, что весь сегодняшний день проведёт вот так, даже не болея, а отдыхая. Но один долго не пробыл, уже через несколько минут дверь спальни приоткрылась, и в комнату Эля проскользнула.
— Смотри, какую мне мама книжку купила! — Ловко взобралась на кровать и рядом с Димой села, привалившись к его боку.
А он в книжку заглянул.
— Ух ты, букварь.
— Да, — важно кивнула девочка. — Я её уже всю прочитала.
— Да ты что? — хмыкнул Гранович. На большую букву, главную на странице, показал. — Какая буква?
— А, — без промедления ответила Эля.
— Правильно. Переворачивай страницу.
Элька сразу несколько перевернула, и Дима указал ей на большую букву П.
— А это?
— Тоже А.
— Это почему?
Эля смешно всплеснула ручками.
— Да потому что! Дедушка сказал, что нужно смотреть на картинку, вот видишь?
— Я то вижу.
— Во-от. А что нарисовано?
— Это ты мне скажи.
— Паровоз.
— Паровоз, — согласился Дима, — и где тут А?
Эля развернулась к нему вполоборота, посмотрела снисходительно.
— Но это же пАрАвоз!
Он фыркнул, но сейчас в долгие объяснения пускаться не стал, только девочку по спине погладил, целовать побоялся, хотя очень хотелось.
— Элька болеет? — спросил Гранович у Марины позже, когда она к нему в спальню пришла, устроив дочь в детской мультики смотреть.
К Диме под бок легла и снова лоб его пощупала, Дима даже голову повернул, чтобы она дотянуться не смогла. — Я нормально себя чувствую.
— Это ещё ничего не значит. Я тебя теперь неделю из дома не выпущу, так и знай. По крайней мере, на работу.
Дима чуть слышно застонал в сторону, а потом про Эльку напомнил, чтобы тему сменить.
— Температурила позавчера, а на утро как ни в чём не бывало.
Гранович всерьёз нахмурился.
