— Боже мой, Антон, что ж ты так кричишь-то?
Антон наклонился, заглядывая ей в лицо, даже за плечо её схватился, и повторил:
— Дедушка приехал!
— Как приехал? — пробормотала Марина, не до конца понимая, что ей сын говорит. Тот ждать, когда до неё дойдёт, не стал, из комнаты выбежал, оставив дверь распахнутой, а Марина растерянным взглядом проводила Семёна, который с кресла вскочил и бросился вслед за Антоном. — Дима. — Марина Грановича за ногу потрясла, и тот неохотно зашевелился под одеялом. — Дима, папа приехал.
— Кто?
— Папа мой приехал. Вставай! — вдруг шикнула на него Марина, осознав, наконец, что произошло. — И Антон нас видел… Что это за утро-то такое! — Она с кровати вскочила, схватила с кресла свой халат и встряхнула его. После того, как Семён на нём ночь проспал, халат выглядел помятым.
Дима край одеяла от лица откинул, смотрел на Марину, моргая, лицо ладонью потёр, а потом зевнул. Марина даже ногой топнула, понимая, что он не торопится вставать.
— Дима!
— Может, ему приснилось, а?
Пока Марина раздумывала, что ответить, по коридору, мимо их комнаты, Элька с топотом пробежала, и с криком:
— Дедушка! — по лестнице вниз устремилась.
— Эля, осторожнее! — машинально воскликнула Марина, на Димку, который уже на локтях приподнялся, обернулась, посмотрела со значением, и из комнаты вышла.
Внизу слышались голоса, довольная возня, а самое главное — голос Стеклова и его смех. Марина в гостиную спустилась, и сама не заметила, как ускорила шаг, с последних ступенек почти сбежала, наверное, совсем, как Эля.
— Папа!
Стеклов обернулся, отвлёкся от разбора пакетов с подарками, сваленных горой на диване, и ей улыбнулся. Поймал, когда она подошла, и обнял.
— Привет. Разбудил я вас, да?
— Ты почему не сказал, что приедешь? Мы бы встретили!
— А чего меня встречать-то? Михалыч меня привёз…"
"Марина в щёку его поцеловала, и всего на секунду, больше времени ей не дали, к нему прижалась. Папа приехал. Кажется, она даже в детстве его не ждала так сильно, не мечтала о нём, как сейчас, когда узнала.
И каждый раз, произнося слово ""папа"", чувствовала, как сердце замирает от переизбытка ощущений. Вот так, как сейчас, когда она к нему прижалась, и у самой на душе праздник, совсем, как у детей, и тоже хочется смеяться, радоваться, на диване попрыгать от радости, вон как Элька.
— Мама, смотри, сколько дедушка подарков привёз!
— А когда дедушка без подарков приезжал? — пробормотала она себе под нос, стараясь всё-таки справиться с эмоциями.
