— О боже, вот только этого не хватало! Чтобы он ещё и дома играл!
— Марин, ты преувеличиваешь. — Гранович колоду, наконец, сложил, подумал немного, а после бросил её в корзину для бумаг.
— Я преувеличиваю?
— Я не играл с ним, повторяю. Просто показал ему, что не всем дано выигрывать. Надеюсь, он понял.
— Вот уйди из дома!.. — Марина из кабинета вышла, возмущённая, на ходу снимая шубу. Дима пошёл за ней, всё-таки чувствуя себя виноватым, что было весьма странно, ведь знал, что поступил правильно.
— А ты собиралась и дальше с ним воевать, или уговаривать его? — поинтересовался он, правда, голос предусмотрительно понизил, надеясь, что дети не услышат и не поймут, что у него с их матерью первая ссора намечается. — Или всё простить и забыть?
— По крайней мере, я не собиралась потакать его вредным привычкам!
— А я и не потакал. Я показал ему, насколько глупо он себя вёл. По-моему, это более действенно, чем разговоры по душам в течение месяца!
— Это по-твоему.
— Теперь ты будешь на меня злиться?
— Когда бы он перестал злиться, я бы с ним поговорила. Или ты поговорил бы. Или…
— Или кто? Твой отец?
— Может быть.
— Знаешь, может, я тебя разочарую, но я больше чем уверен, что твой отец поступил бы точно, как я. Антон вырос, Марин, ему внушений мало, и пальцем грозить довольно поздно.
Она остановилась и посмотрела насмешливо.
— Откуда ты знаешь?
— Просто пытаюсь представить, что бы подействовало на меня. На меня, знаешь ли, родительский инстинкт не влияет, и пока ты пытаешься его воспитывать, я просто заполняю пробелы.
— Играми в карты?
— А почему нет? По крайней мере, теперь он знает, что его дурили, по полной. И в следующий раз пятнадцать раз подумает, стоит ли выставлять себя дураком и отдавать чужим дядям свои деньги.
Марина устало опустилась на стул.
— Не знаю, Дим, мне это всё равно не нравится. А если он начнёт курить? Ты заставишь его пачку сразу выкурить, чтобы отшибло на всю оставшуюся жизнь?
Гранович хмыкнул.
— А что, неплохой вариант.
Марина глянула на него исподлобья.
— Вот что ты говоришь?
Он руки на груди сложил.
— Марина, прекрати мучиться и позвони своему бывшему. Пусть он приедет и поговорит с ним, раз ты так переживаешь. Или ты боишься, что он не приедет?
Она нахмурилась.
— Я тебе слова про Игоря не говорила.
— Но это ведь ваши дети, и, как мне кажется, одно вытекает из другого.
