Если бы Алексей в этот момент проснулся и увидел свою жену, он очень удивился бы тому, что она в мгновение ока превратилась почти в красавицу, причем без всяких ухищрений и косметики. Но он крепко спал.
* * *Она даже не предупредила Соловьева о своем приезде. Она вообще не звонила ему после того разговора с Селуяновым. Просто выпила утром две обычные свои чашки кофе, стакан апельсинового сока, съела гренки с сыром, взяла у Алексея машину и поехала в «Мечту».
Коттеджный городок, умытый ночным дождем и освещаемый ярким солнцем, сверкал как игрушечка.
Грязные потеки, оставшиеся от растаявшего после зимы снега, исчезли, деревья в лесу покрылись густой сочной зеленью, и все вокруг было красочным и радостным. Дверь в дом Соловьева была открыта, в холле сидел уже знакомый Насте милиционер, держа в одной руке сигарету, в другой – книжку.
– Здравствуйте, – обрадованно сказал он. – Давно вас не было. В гости приехали?
– Скорее по делу, – ответила она. – Как у вас тут, спокойно?
– Спокойно. Посторонних не было.
Скажите, а хозяин знает, что вы – сотрудник?
– Нет, не должен. А почему вы спросили?
– Он вами интересовался. Просил, чтобы я помог вас разыскать. Ну, я, как велели, морду ящиком сделал, якобы не понимаю и не знаю ничего. И сменщика моего он на это дело подбивал. Но майор Селуянов нас проинструктировал, так что вы не волнуйтесь. Вы надолго?
– Как получится. Если не разругаемся в первые же минуты, то часа на два, а то и больше. Вы хотите отъехать куда-то?
– Точно. Сил нет тут сидеть.
Владимир Александрович, конечно, человек вежливый, к столу зовет каждый раз, но мне неудобно. Да и не положено. Я бы смотался поесть чего-нибудь горяченького, сигарет купить надо, газеты. Можно?
– Давайте. Только не больше двух часов, хорошо? И подождите на всякий случай минут пятнадцать. Если я за это время не уеду – можете быть свободны.
Соловьева она нашла в кабинете. Владимир сидел за компьютером и, судя по всему, правил собственный текст, так как никакого оригинала на иностранном языке Настя на столе не заметила.
Он совсем не ожидал ее увидеть и в первое мгновение даже не справился с собой, вздрогнул и неловко дернул рукой, смахнув со стола несколько листков бумаги."
"Настя наклонилась, подняла их, аккуратно сложила на стол, молча обняла Соловьева и поцеловала его в губы.
– Ну что, Соловьев, поговорим о пожаре? – спросила она, отходя от него и усаживаясь на маленький кабинетный диванчик.
– О пожаре? – изумленно повторил он.
