Выстрелы, которыми были убиты Коренев и Собликова, слышали все жители. Шума мотора – никто.
Идею о том, что Черкасов бывал в коттеджном городке, придется оставить, она находится за гранью здравого смысла. Но тогда кто же? Михаил Ефимович клянется, что в его квартире никого из посторонних не бывает. Во всяком случае, после смерти Олега Бутенко. И уверяет, что Олег никогда не рассказывал ему о визитах кого бы то ни было в отсутствие Черкасова.
А еще блокнот Валерия Лискина… Если маньяк – Черкасов, то понятно, как блокнот оказался в его квартире, правда, не совсем ясно, зачем он его хранил, но это уже другой вопрос.
А если он говорит правду, если он не имеет к этому блокноту никакого отношения, то кто его принес в квартиру? И, главное, с какой целью?"
"Совершенно идиотская ситуация. Есть человек, гомосексуалист, питающий непреодолимую склонность к стройным смуглым черноволосым мальчикам, признавший свою связь с Олегом Бутенко, хотя и отрицающий свою вину в его смерти, но такой человек есть. И по всему выходит, что к остальным погибшим юношам он никакого отношения не имеет.
А с другой стороны, находятся улики, заставляющие в этом сомневаться. И у самого Черкасова нет никаких приемлемых объяснений по поводу этих улик. Ну что ему мешает, например, заявить, что у него в квартире бывало множество случайных людей, которые вполне могли принести и спрятать у него блокнот? И где теперь искать этих людей, он не знает. Про грязь, обнаруженную под ковром, ему пока никто не сказал, но ведь ее можно списать на любого, если придерживаться той линии, что в квартире бывали многие.
Но нет, он твердо стоит на том, что в знакомствах очень избирателен, а в дом никого из посторонних не водит, к сексуальным партнерам ездит сам. Более того, аккуратные беседы с соседями Черкасова по дому это косвенным образом подтверждают. Вот, например, запись разговора с жильцом соседней квартиры:
«…Да, я знал, что у Миши живет какой-то его друг, хотя Миша нас не знакомил. Он вообще мужик безотказный, и руки золотые, все может починить, наладить, отремонтировать.
Но не гостеприимный.
– Вы хотите сказать, неприветливый?
– Нет, что вы, совсем наоборот. Миша очень вежливый, улыбается всегда. Даже если поздно вечером к нему придешь со сломанным феном, он никогда неудовольствия не выкажет, не скажет ничего. «Оставь, – говорит, – я посмотрю и занесу, когда сделаю». И действительно, глядишь – на другой день с утра сам приносит, и все работает как новенькое.
