"
"Принялись вызывать капитана субмарины, повышая голос до крика, мигать фонарями шлемов и скутеров.
Стрелять из автоматов по корпусу не стали, не зная, как на это отреагируют подводники американской лодки.
Ответом на все действия водолазов была тишина. Если экипаж «Канзаса» и слышал их, то ли не мог ответить, то ли не хотел.
– К чёрту! – сдался Вербов после десятиминутных попыток установить связь. – Потом ещё раз попробуем. Наша «Камчатка» тоже молчит, а судьба её экипажа меня волнует больше. Поплыли искать центр базы, если только он существует в натуре.
Через полчаса блужданий по залу выяснилось, что и он имеет проход в соседний зал, уже третий по счёту.
– Ничего себе масштаб! – сказал потрясённый Шторкин, следовавший в кильватере за Вербовым. – Что, если старогеи весь земной шарик опоясали туннелем с ангарами?
– Не преувеличивай, фантазёр, нет смысла рыть тоннели вокруг всей планеты.
– Говорят же, что такие тоннели существуют под материками. Почему их не должно быть под океанами?
Вербов промолчал.
В данный момент его волновали другие проблемы.
Углубились в тоннель длиной всего метров пятнадцать, выплыли в зал, заполненный не мраком, как первые два «музейных» зала, а рассеянным голубоватым светом.
Свет испускала конусовидная гора в центре зала, размеры которой оценить с первого взгляда было невозможно. Она то казалась далёкой и оттого огромной, как Эльбрус, то близкой, что сразу уменьшало размеры в несколько раз.
Вербов наконец сориентировался, прикинув высоту зала и оценив его размеры: до горы было около трёхсот метров, а её высота достигала метров семидесяти.
Стали заметны и сотни тонких стеклянных на вид нитей, исходящих от чешуй поверхностного слоя горы и пропадающих в тёмно-фиолетовом мраке потолка.
– Центр? – жадно проговорил Шторкин, заворожённый геометрическим совершенством сооружения.
Ответить Вербов не успел.
В изломах скал и столбов вокруг конуса зашевелилась тень, текучей струёй мрака метнулась к водолазам, цеплявшимся за ручки гидроциклов. Фосфорически просияли круглые, без зрачков, глаза.
– «Осьминог»! – выдохнул Вербов. – Назад! Галопом!
Шторкин не заставил себя ждать.
Понеслись обратно, выжимая из движков гидроциклов всё, на что они были способны.
Какое-то время казалось, что оторвались от погони. Но сзади вновь просияли фосфором круглые глаза, и Вербов понял, что уйти без боя не удастся.
– К батиплаву! – крикнул он. – Я его отвлеку!
Он круто развернулся, поднимаясь к потолку, начал мигать фонарём шлема.
