Всем отойти!
Отряд сдал назад.
– Ты осторожней, майор, – тихо сказала Инга, обернувшись.
На сердце стало теплей.
Вербов осмотрел заросшую «опятами» стенку, выискивая спираль «иероглифа», прикинул расстояние, с какого наверняка не промахнулся бы в цель, отошёл назад на десять метров, отодвигая спутников ещё дальше, и бросил армейский «Бусурманин».
Нож точно вонзился остриём в середину «иероглифа», но не воткнулся, как можно было ожидать, а словно попал в бронелист, упал на пол."
"Свечение «грибных зарослей» скачком усилилось, по стенке разбежались розовые молнии, собираясь в электрическую опухоль, и эта опухоль разрядилась копьём сияния, пронизавшим секцию коридора на всю её длину, до предыдущей перегородки.
Вербов упал на пол за долю секунды раньше разряда, успев крикнуть:
– Берегитесь!
Но и без его подсказки внимательно наблюдавшие за его действиями члены группы заранее попадали на пол коридора, напоминавший в этом месте стиральную доску.
От стены прянула волна озона. Электрические змейки перестали бегать по «опятам и вёшенкам», стена обрела прежний вид «грибной плантации».
Вербов поднялся.
– Осторожнее, майор, – проворчал Лобанов, приподнимаясь. – Вдруг ещё шарахнет?
Вербов прислушался к своим ощущениям, опасности не учуял, подошёл к перегородке, поднял нож. Показалось, что «иероглиф» на уровне головы «подмигнул» ему безглазо.
– Денис! – послышался приглушённый маской голос Вершининой. – Майор, не спеши!
Вербов посветил в иероглиф фонарём, постучал по «зарослям опят» ладонью.
По «иероглифу» метнулась электрическая змейка, заставив его отступить и пригнуться, но процесс дальше не пошёл. Беззвучно разошлись лепестки диафрагмы, освобождая проход, в лицо пахнуло горячим воздухом, впереди раскрылась световая бездна, полная неясного движения, не позволяющая оценить объём зала за стеной.
– Ни хрена себе! – проговорил моторист, срывая с себя маску, но тут же натягивая её обратно; дышать жарким и душным воздухом, водопадом хлынувшим на людей, было невозможно.
– Это… что? – оглянулся на Дрёмова Вербов.
Археолог торопливо подошёл.
– Операционный зал Буфера… мне кажется.
– Почему он такой… безграничный?
– Возможно, это просто зона искажений…
– Каких искажений?
– Буфер по сути – матрица активного поля… в рабочем состоянии… и мы, честно говоря, сильно рискуем…
– Чем?
– Понимаете, предки создали машину временных сдвигов, если говорить привычным нам языком. Они собирались перейти на другую линию…
– Говорите проще.
