— Хорошо, сейчас поедем. Водички хочешь?
— Нет, — качает головой.
— Агата, — раздается позади меня, я оборачиваюсь. Сразу же дверь в машину прикрываю, чтобы сына не видел. Он успел рассмотреть его? Увидел как они с Тимуром похожи? Ответы на эти вопросы я пытаюсь отыскать в его взгляде, но все что вижу в его глазах — обеспокоенность. — У вас все хорошо? В больницу не надо?
— Единственный, кому стоит ехать в больницу, вместо того, чтобы заниматься ерундой — это ты. Твоя охрана ведь права, у волка могло быть бешенство, — киваю в сторону его внедорожника, рядом с которым выстроились мужчины, ожидая своего шефа.
— Как бы тебе не передалось, — хмыкаю я.
— Почему ты на меня сейчас злишься? — склоняет голову на бок. Я замечаю как струйка крови по его плечу вниз по руке скатывается. К горлу подкатывает ком. Ему ведь больно должно быть. Но мне-то какая разница?
— Я не злюсь. Я вообще к тебе никаких эмоций не испытываю, Игорь. Мы давно друг другу стали чужими людьми. Пять лет все же прошло как никак.
— Твое поведение говорит об обратном.
— Мне нужно идти. За проект дома я браться не буду. Сразу бы сказал, что это для тебя, не тратил бы ни мое ни свое время.
Я захлопываю дверь автомобиля, где сидит Тимур, отгораживая его от нас с Игорем.
— А я не хочу разрывать наше сотрудничество, Агата. Доверяю только тебе проектирование этого дома.
Я открываю дверцу со стороны водителя, игнорирую слова Серебрянского и прекрасно понимаю, что просто так отделаться от него не получится. Он ведь прекрасно знал кого нанимает.
Подстроил все так, чтобы ни малейшего намека на его персону не было в качестве заказчика. Левого человека ко мне подослал.
Собираюсь сесть в машину, но Игорь окликает меня.
— Постой, — замираю, прикрываю веки, оборачиваюсь, с силой пальцами стиснув ручку дверцы автомобиля.
— У вас остались какие-то вопросы, господин Серебрянский? — спрашиваю холодно, обращаясь к нему официально, хотя на самом деле должна бы поблагодарить его за то, что спас сына, а не устраивать этот концерт.
— Значит, у тебя есть сын.
— Да, у меня, как видишь, есть сын, — выдавливаю из себя улыбку, пытаюсь скрыть насколько сильно сейчас нервничаю.
— Просто на тебя не похож совсем. Поэтому и уточняю, — усмехается, словно что-то знает. Я не замечаю в его взгляде особого удивления. Словно все эти пять лет он знал, что у нас с ним родился сын. — Так ты замуж второй раз вышла? Кольца на пальце нет, поэтому спрашиваю, — каждый вопрос Игоря, словно провокация.
