Пошлет она его куда подальше… Хорошо еще, что он догадался посмотреть материал о ее юбилее, а то ведь подумал сначала: старуха восьмидесяти трех лет, наверняка одинокая и беспомощная, из дома уже давно не выходит и будет рада любому общению и любому гостю. Как же, будет она рада, дожидайся! У нее таких «спрашивальщиков», поди, многотысячная очередь перед дверью квартиры топчется. И ему, старшему лейтенанту Дзюбе, через эту очередь никак не прорваться.
Нет, решительно, без Антона ему не справиться.
– Что это? – недоуменно спросил Сташис, когда Роман протянул ему свой мобильник с уже набранным номером телефона – оставалось только нажать кнопку «вызвать».
– Это потенциальный свидетель.
– А сам почему не можешь позвонить?
– Я ее боюсь, – признался Дзюба. – Я не знаю, как с ней разговаривать, чтобы она согласилась встретиться. Боюсь напортить.
Он коротко поведал Антону, кто такая Тамила Варламовна и почему с ней непременно нужно поговорить. Антон молча выслушал его, кивнул и позвонил.
Вопреки опасениям Дзюбы, договориться о встрече удалось легко. Тамила Варламовна разрешила оперативникам приехать прямо сейчас.
– Зря ты ее боялся, – заметил Сташис, отдавая телефон Роману. – Нормальная тетка, вполне мило разговаривала. С чего ты решил, что она будет кусаться?
– Да ты знаешь, сколько ей лет?! Восемьдесят три года! Она при царе Горохе родилась, – принялся оправдываться Дзюба. – Мои родители еще на свет не появились, а она уже своей профессией занималась.
Я как представил – так у меня все опустилось. Меня вон даже сорокалетние зеленым сопляком считают, не то что старики.
Глаза Антона странно блеснули.
– Восемьдесят три, говоришь? – протянул он. – А голос не старый совсем. Ладно, разберемся на месте. Садись в машину, поехали.
Никак Роман не мог уловить и понять настроение своего товарища. Усаживаясь на переднее сиденье и пристегиваясь, он буквально кожей чувствовал напряжение и раздражение, исходящие от Антона.
Чего он злится? Опять Дзюба сделал что-то не так? Или на личном фронте не ладится? Или по другим делам начальство задолбало?
– Ну, – с угрозой произнес Антон, когда они выехали на его машине на широкую трассу, – и откуда у тебя такие неожиданные идеи?
Яркие голубые глаза Романа излучали совершеннейшую невинность.
– Какие идеи? Почему неожиданные?
– Потому что за все время работы по Болтенкову ты ни разу не заговаривал о спортивных журналистах.
