"
"И не сказать, что нельзя…
– Боги и демоны, – выдохнул глава Небесного Ветра. – Я сейчас как в прошлое вернулся…
– Такое нечасто увидишь, – вторил ему глава Ядовитого Плюща. – Сколько лет Орун обучал этого звереныша?
– Два года, – Агвар Марнил задумчиво поглаживал свою древесную, похожую на кору дуба, бороду. – Может чуть дольше…
– Два года, – повторил глава Небесного Ветра. – Проклятье… вы ведь знаете, что мой клан держится особняком от ваших интриг, но, видят боги, я бы не хотел, чтобы у моего молодого поколения появился такой враг.
– Ты переоцениваешь этого мальчишку, – Брустр, скрестив пальцы домиком, неотрывно смотрел на поляну. – На фоне этих слабаков он может выглядеть хоть копией Оруна, но в настоящем бою не будет стоить и мизинца моего сына. Лариса.
Среди глав кланов послышались согласные шепотки. А затем раздался самый громкий и отчетливый смешок.
– У тебя короткая память, Брустр? Кажется, не прошло и трех лет, с тех пор, как твой сын проиграл моему. И, кажется, после этого только сестра Агвара смогла вытащить его из дома предков.
– Ты хвастаешься, Сальм? – прищурился глава Хищных Клинков.
– Упаси меня боги от такого греха, – развел руками Сальм Тарез, глава дома Тарезов, богатейший человек Империи. – Равзе достойно таким мужам, как мы, мерятся успехами наших сыновей. Их дрязги – лишь сиюминутные победы и поражения. Кто же ведет им счет…
Обезоруживающая улыбка вкупе со змеиными слегка красноватыми глазами, Сальм Тарез являлся олицетворением человека, у которого никто не захочет оставаться в долгу.
– Проклятый Тарез, – подумал отвернувшийся от соперника Брустр. – Я еще выясню, что за энергию использовал твой сын. Если ты думаешь, что твоем клану сойдет с рук использование запретных знаний, то глубоко в этом ошибаешься. Я еще выведу тебя перед Императором на чистую воду..
– Слабак, – резко фыркнул Орун, с которого действительно спали цепи. –Столько времени потратить на этих дворняг… И вот на это вот подобие мужчины я потратил два года своей жизни… как праотцам-то теперь в глаза смотреть…
– Иногда, друг мой, ты звучишь, как обиженная любовница.
Сказать, что присутствующие на верхней палубе сочли наставника Жана, так нагло сострившего над Мечником Оруном, безумцем – не сказать ничего.
Но то, что мечник никаким образом не наказал обидчика, поразило их куда больше.
Ведь лишь немногие знали о близкой дружбе этих двоих.
– Иногда, Жан, я себя так даже чувствую.
Отыскать второй отряд Хаджару так и не удалось.
