Все их имущество состояло из сундуков, о которых говорила Эвриала, но как по мне, они больше напоминали каменные гробы, саркофаги, которые могли бы храниться в древних языческих гробницах. Помимо них на судно доставили несколько больших ящиков с землей, из которых торчали ростки тех самых растений, что набросились на нас в джунглях.
Федор Апраксин руководил погрузкой, а я наблюдал за ней с высокой скалы. Неожиданно рядом со мной оказался Дайомедес. Я даже не услышал, как он подошел, хотя он по-прежнему был в ошейнике и кандалах.
– Что такое они грузят? – спросил я. – К чему им эти отвратительные растения?
– Горгониды должны ощущать родную землю, поэтому берут ее с собой, – ответил он.
– Земля и ящики с драгоценностями, – пробормотал я. – Странный выбор. И странный народ.
– Я не принадлежу к их племени, – спокойно произнес Дайомедес. – Многие люди попадают сюда после того, как их судно потерпело крушение у этих берегов. Те, кому не посчастливилось погибнуть сразу, становятся рабами хозяев острова.
– Ты тоже попал сюда с другого материка?
– О нет, чужеземец. Я всегда жил на этом острове в том самом городе, развалины которого вы видели. Потом к нам явились горгониды, и началась война. Даже не война… Истребление… Когда стало ясно, что силы неравны, старейшины моего народа приняли решение уйти, скрыться в другом мире. Для этого они использовали обскурум, издавна хранившийся на нашем острове. Горгониды пытались помешать нам… Большая часть моего народа успела уйти через открывшиеся врата, но горгониды нашли место ритуала и напали на нас.
Те, кто не успел уйти на ту сторону, погибли. Так горгонидам достался обскурум и многие другие артефакты. А меня захватили в плен. С тех пор я – раб на острове, который когда-то был моим домом. Но теперь он погибает…
Я слушал его и не понимал. Возможно, Дайомедес не так хорошо владел нашим языком, как мы поначалу подумали, но переспрашивать было неудобно. К тому же меня волновали другие вопросы, куда более важные.
– У нас было два корабля.
Один погиб, став жертвой огромного морского чудовища. Тебе что-нибудь о нем известно? Даст ли оно нам уплыть отсюда?
– Об этом не беспокойся, – ответил Дайомедес. – Тварь, которую вы видели, именуют Черная Бездна или Харибда. Она нападает, только когда голодна или же когда ей прикажут сделать это. Сейчас она сыта и снова впала в спячку.
– Харибда? – переспросил я. – Не о ней ли рассказывалось у Гомера?
– У разных народов она известна под разными именами.
