– Но Римма Смирнова ведь жива! – громко заметила я. – Если в вашем послании содержится правдивая информация, то…
– Я никогда не вру! – повысила голос Андреева.
Когда человек произносит такую фразу, мне всегда хочется спросить: «Даже на вопрос малознакомого человека „как дела?“ отвечаете честно? Сообщаете о всех своих неприятностях и болячках? Или отделываетесь фразой „спасибо, хорошо“? Разве этот ваш ответ всегда правдив?»
– Тогда почему отказываетесь ответить на наши вопросы? – продолжила Саша.
– Римма умерла, – ответила Елена.
Ну надо же придумать такое!
– Смирнова жива, я беседовала с ней, – отрезала я. – Значит, написать письмо с обличительной информацией о женщине можно, а ответить на вопросы о ней нельзя?.. И откуда вы знаете о моем визите в медцентр? Как выяснили, на какую тему мы вели беседу?
– О вашем приезде сообщила Вероника, – не смутилась Галина. – В кабинете, где она сидит, проходит труба вентиляции, Ника слышит, что говорят за стеной. Она прекрасно знала мою маму, возмутилась словами Смирновой, записала на свой телефон часть беседы.
Я на волне возмущения отправила вам послание. Римма тогда жива была, понимаете? И в момент отправки письма Смирнова была в полном порядке. А теперь скончалась, поэтому я закрываю эту историю. О мертвых плохо не говорят, даже если они сволочи. С акушером Господь без нас с вами разберется.
– Смирнова правда умерла?! – опешила я.
– Экая вы непонятливая! – повысила голос Елена. – Сколько же можно повторять? Да! Отдала Богу душу, теперь людской суд над ней не властен!
– Что случилось с женщиной? – тоже растерялась Саша.
– Понятия не имею, – донеслось в ответ. – И мне не интересны никакие сведения о ней. Пришлю сейчас письмо с запретом давать в прессе любую информацию о Римме от моего лица. Потеряете вы, журналисты, право даже вскользь упоминать мою фамилию.
– Почему вы называете нас журналистами? – изумилась Саша. – Степан Валерьевич уже объяснил ведь, что мы…
– Кто? Кондитеры? – перебила ее собеседница. – Может, врачи? Смирнова по телефону сказала: «Через два часа приедет дерьмописака из столицы, хочет интервью взять».
Все, прощайте! Убедительно прошу больше меня не тревожить!
Из трубки полетели частые гудки. Саша заморгала:
– Ну и тетка! Сказали ей про детективное агентство – так нет, опять про газетчиков говорит… Сейчас гляну новости их города.
В кабинете натянулось молчание, но длилось оно недолго.
– Трудно поверить, но Римма действительно ушла из жизни! – воскликнула Саша.
