Шесть сроков подряд он был сенатором, а когда президент предложил ему возглавить министерство юстиции, занимал должность губернатора Вермонта. Прямота и искренность этого человека снискали ему популярность на всех областях политического спектра, но сухие манеры не позволили бы Грину подняться выше должности генерального прокурора.
Стефани прежде ни разу не была в доме Грина и ожидала увидеть угрюмое, лишенное воображения жилище, напоминающее его хозяина. Однако дом оказался теплым и уютным. Здесь было много охряных, светло-коричневых, приглушенных зеленых и апельсиновых оттенков.
«Эффект Хемингуэя» — так рекламировала выдержанную в подобных тонах линию мебели одна торговая фирма в Атланте.
— Подобный поворот событий оказался неожиданностью даже для тебя, Стефани, — проговорил Грин, поздоровавшись с гостьей. — Есть какие-нибудь известия от Малоуна?
— Перед тем как отправиться в Кронборг, он решил немного отдохнуть. Сейчас, учитывая разницу во времени, он, наверное, уже едет туда.
Генпрокурор предложил ей сесть.
— Ситуация, похоже, накаляется.
— Брент, мы уже говорили на эту тему. Кто-то, кто стоит на вершине пищевой пирамиды, получил доступ к секретным файлам. Нам известно, что файлы, связанные с Александрийским Звеном, были незаконно скопированы.
— ФБР расследует это дело.
— Шутить изволите? Директор находится настолько далеко от задницы президента, что, если в этом замешан кто-то из Белого дома, ему нечего опасаться.
— Метафора яркая, но точная. К сожалению, это единственное, что имеется в нашем распоряжении.
— Мы могли бы вмешаться.
— Это не даст ничего, кроме проблем.
— Я к проблемам привыкла.
— Да, ты — такая, — улыбнулся Грин, а затем, помолчав, спросил: — Интересно, а насколько много ты сама знаешь об этом Звене?
— Когда пять лет назад я приказала Коттону ввязаться в эту войнушку, существовало понимание того, что мне не нужно об этом знать. Здесь нет ничего необычного. Я то и дело сталкиваюсь с подобными вещами, поэтому и не стала забивать себе голову.
Но теперь я должна знать все.
Выражение лица Грина было озабоченным.
— Наверное, сейчас я нарушу миллион федеральных законов, но я согласен: тебе пора обо всем узнать."
"Малоун смотрел на каменную громадину замка Кронборг. Когда-то его пушки были нацелены на корабли, которые проплывали через узкий пролив, направляясь в Балтийское море или возвращаясь из него. Дань, которая взималась с них за проход через пролив, пополняла казну Датского королевства.
