— Тебе не приходила в голову мысль о том, что я единственный человек, который знает про Звено? Ты что, не в состоянии сложить два и два?
— Разве могла я ожидать чего-то подобного?
— Ты обязана была ожидать этого! Потому что у тебя двадцатилетний опыт оперативной работы! Потому что ты не тупица! Потому что мы друзья! Потому что… — У Малоуна не хватало слов. — Твоя глупость может стоить моему сыну жизни.
Он видел, как каждое его слово бьет по Пэм, и надеялся, что она не взорвется.
— Я осознавала это, Коттон.
Он не собирался щадить ее.
— Ах, теперь мне стало гораздо легче!
— Я буду разбираться с этим отсюда, но и тебе я могу кое-что предложить. В Швеции у меня есть агент, который утром уже может быть в Дании. Я с ним переговорила. Он тебе все расскажет.
— Где и когда?
— Он предлагает тебе встретиться в замке Кронборг в одиннадцать утра.
Малоун знал это место. Мрачный замок, который обессмертил Шекспир, поселив там Гамлета, стоял на открытом пространстве и смотрелся в холодные воды пролива Орезунд.
Сейчас это была самая популярная во всей Скандинавии туристическая достопримечательность.
— Он сказал, что будет ждать тебя в бальной зале. Надеюсь, ты знаешь, о чем речь.
— Я там буду.
— Коттон, я сделаю все, что в моих силах, чтобы помочь.
— Учитывая сложившиеся обстоятельства, это меньшее из того, что ты можешь сделать.
Сказав это, он повесил трубку.
7
Вашингтон, округ Колумбия
Вторник, 4 октября, 4.00
Стефани вошла в дом Брента Грина, генерального прокурора Соединенных Штатов Америки.
Сюда, в Джорджтаун, ее привезла правительственная машина. Незадолго до полуночи она позвонила Грину и, вкратце пересказав последние события, попросила о личной встрече. Он, в свою очередь, попросил немного времени, чтобы навести справки. Ей не оставалось ничего другого, кроме как согласиться.
Грин ожидал ее в своем кабинете.
Он служил президенту на протяжении всего его первого срока и оказался одним из немногих членов кабинета министров, которые согласились остаться на второй.
Раньше Грин был успешным адвокатом и отстаивал в суде интересы представителей консервативных и религиозных кругов. Бакалавр из Новой Англии, он был кристально чист и не запятнан никакими скандалами. Даже в этот ночной час Грин был полон энергии. Его волосы и бородка-эспаньолка были аккуратно расчесаны, а сухощавое тело — облечено в безукоризненный дорогой костюм из ткани в елочку.
