Подушку схватила и бегом в повозку! — Надо было очень жёстко прекратить саботаж. Она вытаращилась на меня. Глаза стали выкатываться из орбит, рот открылся для возмущения. Я сделала шаг к ней. Не знаю какое у меня было лицо, наверное, до ужаса свирепое. — Мне повторить, матрёшка? — она словно стала меньше ростом. Повернулась и припустила из комнаты.
— Это тётушка Анны, царевна. — Пояснил вспотевший Дмитрий.
— Мне плевать кто она такая. Ей повелели, пусть исполняет. Иначе плетей отхватит на конюшне.
В комнату заглянул один из дворовых.
— Всё сделали, княже. — Доложил он.
— Князь, жену бери на руки, неси в мою повозку. Быстрее. — Дмитрий поднял жену на руки и быстро понёс её на улицу. Возле крыльца, нас нагнала какая-то девушка с шубой и накрыла Анну. Я сказала девушке. — Срочно приведи сюда повитуху. Бегом! — Она куда-то убежала.
Дмитрий поместил жену аккуратно, со всей бережностью в повозку, на перины и подушки.
К нам прибежала давешняя матрёшка с подушкой в руках. Я покачала головой."
"— В повозку садись.
— Оглянулась на терем. Потом посмотрела на своих гвардейцев. Этих сорвали с трапезного стола для прислуги и конвоя. Но они молодцы, успели уже всё прожевать, теперь сидели в сёдлах с лицами египетских сфинксов.
— Стёпа, скачи срочно к нам на подворье. Скажи Дарёне и Фросе, что везём роженицу. Пусть готовят операционную. Быстрее.
Степан с ходу сорвал коня в галоп и вылетел с княжеского подворья. Наконец, притащили какую-то бабку. Она тряслась, глядя на меня и вооружённых ратников.
— Ты повитуха? — Спросила её.
— Я, госпожа. Не губи.
— Не собиралась. В повозку полезай. С нами поедешь.
Потом ехали к нам из Китай-города, где находилась резиденция Дмитрия Воротынского в Белый город, на подворье Вяземских. За счёт перины и кучи подушек, Анну не так трясло. Я держала её за руку.
— Аня, терпи. Бог терпел и нам велел. Сейчас приедем и разрешишься от бремени. Деток своих на руках подержишь. — Почему я сказала деток, сама не поняла. Но больно уж у Анны живот был большой, это меня несколько смущало.
М-да, жаль здесь нет УЗИ. Тётка княгини странно на меня посмотрела.
— Царевна Александра, а почему ты сказала деток, а не дитя?
— Не знаю я, Аннушка. Но больно живот у тебя большой. Как бы не двойня была.
Княгиня, глядя на меня с надеждой, слабо улыбнулась.
Наконец доехали. Княгиня совсем была бледная. Нас уже ждали. Но Дмитрий, прискакавший с нами, никому жену не доверил. Сам её взял на руки, посмотрел на меня вопросительно.
— Вон туда неси, князь.
