В дремлющую сеть. Жди сигнала. На этом связь с ними прекратится: жди. когда к тебе на связь выйдет особо важный нелегал! Пусть ждет он, пусть ждет полиция. Не дождетесь. Называется это отсечением под видом консервации. От него мы получили очень нужные приборы. На нем мы сэкономили миллионы. Его материал, когда он был первосортным, тоже использовался для проверки информации какого-то другого источника. А теперь до свидания. Ждите очередного сигнала. Ждите особо важной встречи.
С Семьсот шестым никаких проблем. Но что же мне теперь делать? Вновь собачья жизнь начинается.
Вновь борзить. Вновь беспросветное агентурное обеспечение.
А на что ты, Богданыч, рассчитывал? Не можешь работать самостоятельно — вкалывай на других.
2
Я снова в обеспечении. Опять я полностью подчинен Младшему лидеру и лишен права встречаться с Навигатором лично. На таких, как я, у него нет времени. Правда, кто успехи имеет, тоже иногда в агентурном обеспечении работает. Но это случается только во время массового обеспечения, когда всю резидентуру выгоняют на проведение каких-нибудь операций, смысл которых от нас скрыт.
А еще их привлекают для обеспечения операций нелегальных резидентур ГРУ. Это другое дело. Обеспечивать нелегалов — почет. Но нас, борзых, в обеспечение нелегалов бросают редко. Нам остается тяжелая неблагодарная работа: большой риск, уйма потраченного времени и никаких почестей. Простое агентурное обеспечение работой не считается. Вроде как секретарь-машинистка у великого писателя. Ни денег, ни почестей.
Но попробуй ошибись!"
"Именно такая у меня сегодня работа. Я на пикник в горы еду. Время сейчас совсем не для пикников. Погода не та. Но мне нужно быть в горах. Если бы за нами следили, если бы нас арестовывали и выгоняли, я придумал бы какой-нибудь предлог поумнее. Но нас редко трогают в Великобритании, почти никогда — в США, а в остальных странах к нам, шпионам, относятся доброжелательно. Поэтому нет нужды выдумывать что-то оригинальное. Пикник. Этого достаточно. Вряд ли кто на пикник ездит в одиночку.
Но разве кому-нибудь интересно, что делает советский дипломат в нерабочее время?
В багажнике моей машины — противотанковый гранатомет РПГ-7 и пять гранат к нему. Все это аккуратно упаковано. Все это я должен вложить в тайник. Гранатомет весит 6 килограммов. Каждая граната — 2 килограмма 200 грамм. Да еще упаковка. В общем, более 20 килограммов в одном длинном сером пакете. Кому этот гранатомет нужен? Не знаю. Я зарою его в горах.
