— Может, ты пока не будешь есть соседей? — громко сказала я, поглядывая на детей, которые были вовсе не детьми. — Мы потом, тихонько кого-нибудь отловим, и ты поешь. Обещаю!
В этот момент от меня шарахнулись. Мы шли по коридорам. А за нами шла целая делегация с заклинаниями наготове. Шли они кучкой. Чтобы легче было обороняться.
Я вошла в комнату, тут же закрывая дверь.
— Мы победили?!! — вылетел мой сын, обнимая Тыкдыка!
— В одном испытании да, в другом — нет, — вздохнула я, расстроенно присаживаясь на диван. Тыкдык подставил пузико, а сын сбегал за металлическими граблями.
Лежали у нас в чемодане раскладные грабли для наступания. Мама по акции купила!
— Мам, ты не расстраивайся, — обнял меня сын, почесывая пузо Тыкдыка. Тот млел и вытянулся поперек комнаты. — Мы обязательно победим!
— Слушай, сынок, — ласково начала я, видя, что действие зелья начинает заканчиваться. — А если бы его величество попросил тебя … подарить ему Тыкдыка? Что бы ты сделал? Ты бы подарил?
Сын посмотрел на меня встревоженно.
— Нет! — ответил ребенок. И замотал головой для убедительности.
— А почему? — спросила я, глядя на грабельки, скребущие по шипастому пузу.
— Разве можно отдавать котика? — удивился малыш, вздыхая. — Мама будет плакать. Она очень любит котиков. И расстроится! Мама ведь этого не переживет!
Да-а-а… Мама очень любит котиков. Особенно этого. Так любит, что цензурными словами не передать! Я вспомнила опьяняющие поцелуи, трепет внутри, когда чужие губы заставляли волноваться…
— Очень любит, — улыбнулась я и глянула на часы.
Надо бы сходить в ванную. Сегодня вечером у нас последнее испытание. И я должна постараться! Осталось на донышке зелья. Его как раз хватит. Сейчас мы все в равных условиях! Нужно очень постараться!
— Вы слышали? — послышался женский голос за стеной. — Мой пусик — гадюсик… Ну ре-е-ектор! Так вот, мой пусик- гадюсик сказал, что разослал письма родителям. От имени его величества! Так что родителям быть обязательно! Ладно, я побежала к пусику — гадюсику!
— О, низшие силы! Как хорошо, что мы взяли с собой нашу любовницу! — обрадовался второй голос.
— Она сможет пройти испытание вместо сына! Ты рад?
— А раньше я был пусиком- гадюсиком, — послышался расстроенный мужской голос. — Пусик-гадюсик! Что она в нем нашла? Чем я хуже?
— Ну не расстраивайся. Ну всякое бывает, — утешала жена. — Понимаю, любовница бросила. Горе в семье! Но помогать она не отказалась! Так что все будет хорошо. Мы потом новую найдем! Главное — не плачь. Я с тобой.
