— Я просто прошу вас не называть его отморозком. Это неправильно. — Полина не отступала. Упрямая девочка.
— Да перестань, — тихо сказал Барс. Вот глупая, ее Атом на молекулы расщепит за дерзость."
"— Я лучше знаю, что правильно, а что неправильно, Туманова. После уроков — ко мне в кабинет, — велела Атом и открыла, наконец, кабинет. — Заходите. Начнем урок.
Щеки Полины стали пунцовыми.
— Не стоило вмешиваться, — тихо сказал Барс. — Я сам могу разобраться со своими проблемами.
Она зашла в класс, а он вдруг подумал, что никто раньше не заступался за него перед учителями, которые считали его отбросами.
Ни один человек.
Глава 28. Только не он
Я сидела на уроке, делая вид, что слушаю учителя, но мысли были о другом.
Мой первый поцелуй самым наглым образом похитили. Только что. И сделал это самый опасный парень в школе. А самым ужасным было то, что мне понравилось.
Я до сих пор чувствовала его губы на своих губах. Жесткие, но при этом до невозможности нежные. Осторожные. Аккуратные.
Боже, Барсов поцеловал меня несмотря на то, что у меня была разбита губа! Он точно с ума сошел, не иначе!
Или я сошла… Потому что хочу продолжения.
Хочу поцеловать его по-настоящему. Хочу, чтобы этот поцелуй был чувственным и глубоким. Взрослым. До безумия хочу.
Но как же неловко. До дрожи в коленях. Я даже не могу посмотреть в сторону Барса и сижу на самом краю, чтобы наши предплечья случайно не соприкасались, потому что он развалился как барин. И вообще был доволен собственной выходкой. Как будто подвиг совершил!
Я вновь вспомнила, как он касался моего лица, как его ладонь оказалась на моем затылке, как он прижимал меня сильным телом к стене, не давая возможности вырваться.
И каким частым было его дыхание. Наверняка ему нравилось меня касаться… На лице сама собой расцвела довольная улыбка.
Теперь мы действительно пара в глазах одноклассников.
— Туманова, может быть, ты знаешь ответ? — вывел меня из задумчивости голос требовательный Атома. Я вздрогнула и уставилась на учительницу.
— Что? — переспросила я.
— Как определяется модуль вектора магнитной индукции, Туманова? Улыбаешься так, будто знаешь. — Атом смерила меня уничтожительным взглядом. За то, что я вступилась за Барса, она меня не простит. Я была в этом уверена.
— Не знаю, — громко сказала я.
— Оно и видно. У тебя на уме совсем другое. Шашни с Барсовым.
— У нас не шашни, — вставил он расслабленным голосом. — А серьезные отношения.
Когда ученики острят с учителями, одноклассники начинают ржать.
