Мисс Роджерс, Аврора Оскотт — и вот теперь, оказывается, еще и мистер Пим.
Морвин стоял и смотрел вслед ушедшим, нахмурившись. Я покрепче вцепилась в его руку. Проговорила задумчиво:
— Знаешь… а ведь можно было догадаться, что он что-то скрывает. Ты помнишь, в день, когда объявили о Турнире и ты… вернулся из своего мира ко мне… Мы с тобой остались в лекционном зале, когда все ушли, и мистер Пим — он пришел нас выгонять и закрывать зал. И не мог скрыть свое раздражение. Это было так странно! Ведь он всегда носил такую подобострастную маску, так приторно-сладко себя вел со всеми… Видел бы так, как он встречал студентов у ворот Академи пурпурной розы в день открытия! И вот теперь оказывается… это двуличие было неспроста.
Он ненавидит нас."
"Мой голос дрогнул и осекся, но я продолжила. Должна была поделиться мыслями, которые теснились в голове и не давали покоя — то, о чем я думала с самого утра.
— Он… ненавидит магов. Как и мисс Роджерс. Как и Аврора Оскотт. И еще наверняка многие из простых людей, кто не показывает это.
Они боятся, что мы займем их место — боятся угрозы, которую несем. Потому что один недоучка-менталист способен внушить что угодно и прочитать твои мысли. Потому что наш Король когда-то в минуту гнева, потеряв контроль над своей силой, стер дочиста разум профессора Оскотта, довел его до состояния агукающего младенца. Потому что один огненный маг, разъярившись, способен сжечь целый зал за пару минут. А я… даже не представляю, на что способна я.
— Ты способна на чудо, моя Маэлин. Потому что ты сама — чудо. — Морвин тепло посмотрел на меня и поцеловал в макушку. — И ты еще докажешь этим глупцам, что магия способна не только разрушать, но и исцелять тоже. Магия лишь инструмент — как нож, которым врач спасает жизнь, хозяйка режет хлеб, а убийца вспарывает живот. Цель зависит от направляющей его руки, от руководящей воли. Но ты ничего не можешь сделать — у обычного человека все, что непривычно, без разбору кладется разумом в коробочку «опасно».
Наверное, какой-то древний защитный инстинкт, который пришел из глубины веков.
— Тебе надо идти к нам профессором истории. Откуда ты знаешь? — улыбнулась я. Мне так нравились редкие моменты, когда он бывал серьезен, как сейчас.
— Просто я тоже долго складывал в эту коробку многое, — пожал плечами Морвин.
Он потянул меня за руку, и мы потихоньку тоже направились в сторону Академии пурпурной розы.
Леди Ректор молча налила нам чаю.
