А отогретые ноги бодро ступали по лиловым коврам на лестнице и даже по каменным плитам коридоров. Кажется, я начинала понимать прелесть хождения босиком.
Морвин толкнул створки высоких дверей зала, и мы ступили за порог, держась за руки. Остановились на секунду у входа.
В слабо освещенном огромном помещении было пусто, ни единой живой души. Мы первые. Лишь ряды столов и скамей тоскливо убегают вверх амфитеатром, такими сиротливо-покинутыми смотрятся без студентов…
Все окна плотно закрыты, легкие кремовые шторы на стрельчатых витражных окнах задернуты.
Было очень душно — слабо пахло болотной тиной и еще чем-то сладким. Но ведь я слышала, когда спешила к Морвину, как хлопнули тяжелые двери на втором этаже — неужели ранняя пташка не додумалась хотя бы форточки открыть, чтобы проветрить?
И тут Морвин нахмурился. Потянул носом воздух, принюхиваясь… И резко дернул меня назад, за себя, выпихнул обратно в коридор.
Я успела только заметить, как с его открытых ладоней, которыми он словно вонзился в воздух перед собой, срываются струи огня.
Яростное, неистовое, неукротимое пламя.
Взревела самая опасная и непредсказуемая стихия, выжигая все вокруг. Плавился воздух, и волнами жара шел во все стороны от огненного мага, который закрывал меня спиной.
Моя магия отреагировала сама, окружив меня ледяной сферой — и этот жар почти не касался моей кожи. Под созданным мною куполом медленно падал снег — слишком резкая смена температуры.
Дрогнул и застонал камень стен.
С легким хлопком на полу материализовался Тушкан, и принялся с испуганным писком носиться вокруг меня, тоже не решаясь подойти туда, где бушевало пламя.
С нижних этажей к нам уже спешили люди. Громкие испуганные разговоры, кто-то вскрикнул.
От неожиданности и растерянности я просто стояла столбом, не зная, как поступить, только держала наготове свою магию, если придется тушить пожар. Но хотя бы за Морвина я могла не волноваться — если с этим упрямым огненным магом вулкан в детстве не справился, то уж собственная магия вреда точно не причинит.
Но с кем же он там, в конце концов, сражается? Какой самоубийца рискнул напасть… и откуда он взялся в пустом зале?!
Ответ я получила, только когда все уже было кончено. Морвин, тяжело дыша и обжигая раскаленными добела линиями узоров, позволил подойти ближе и коснуться его спины, заглянуть через плечо и посмотреть на то, что осталось от нашего лекционного зала.
