— Ложь? Здесь кто-то говорит про ложь? А глупенькая доверчивая Эмма верит всему, что говорит красивый мужчина, ведь так? Ну так давай я тебе помогу, дурочка. Раскрою немного глаза. Хочешь узнать, что я подслушала сегодня? Хочешь знать, о чем он разговаривал с другим миром — по ма-аленькому такому стеклянному шарику?
Меня словно в грудь ударили. Стеклянный шар. Артефакт перемещения. Солейн о нем знает. Она действительно могла подслушать.
— Я ничего не хочу знать. Все, что мне надо, он и сам расскажет.
— Нет, ты послушаешь! — прошипела Сол.
Следующие несколько минут прошли для меня как в тумане, душном мареве, который словно вошел через уши и отравил мою душу. Я не хотела этого слышать, не хотела верить. Но противный внутренний голос нашептывал, что это слишком похоже на правду. Потому что это бы все объясняло.
Через плотную пелену пробился растерянный голос Дженни:"
"— Это наверняка неправда! Он бы с тобой так не поступил. Эмма, куда ты? Что ты собираешься делать?! Ты же не хочешь наломать дров?! Эмма, уже поздно, скоро закрывают башни!
— Я… просто должна его увидеть.
Прямо сейчас — до утра я не доживу. И посмотреть в глаза.
Глава 35
Я шла, не видя пути перед собой. Коридор, поворот, лестница, лестница, коридор…
Все равно, что уже поздно. Что скоро закроют дверь. Что это скандал — девушке идти на ночь глядя в мужскую башню.
Сейчас. Я должна увидеть его прямо сейчас.
В мужской башне тоже есть общая гостиная, оказывается — все как у нас, только запах другой, более густой и терпкий воздух.
Мебель стоит по-другому, хаотично, свет приглушенный, но пока еще горит — не все разошлись. Кто-то играл на гитаре, горланил на два голоса песни — они замолчали, когда я рванула дверь и остановилась на пороге, пытаясь отдышаться и прижимая руку к груди. В ближайшем кресле развалился Медведь Малкольм в белой рубашке навыпуск — его удивленное «Эмма?», когда он выпрямляется и оборачивается в мою сторону, скользит на краешке моего сознания, не затрагивая его. Здесь еще человек десять парней.
Но мой взгляд прикован лишь к одному человеку.
Он тоже здесь. Мне не нужно бегать по этой идиотской башне разыскивать его.
Морвин лежит на диване, водрузив длинные ноги на один из поручней — не помещаются. Руки под голову, снова о чем-то думает. Форма и рубашка опять непринужденно распахнуты на груди. Меч аккуратно прислонен к дивану — почему-то даже здесь он с ним не расстается. При моем приближении медленно поворачивает голову, и мы скрещиваем взгляды.
