Увы, как ни спешили, все лучшие, то есть дальние, столы оказалось заняты. Радовало одно – сокурсники страдали после вчерашней вечеринки не меньше нас. Некоторым из них дальние столы были нужней!
Пришлось вновь садиться на первый ряд. Едва достали тетради, прозвенел звонок и в аудиторию вошёл вчерашний старичок-историк – оказалось, он ведёт ещё и «Основы магического права». Я вздохнула, Кори зевнула, а препод объявил тему.
Только записать мы не успели. Просто дверь в аудиторию опять распахнулась, и лично мне стало совсем уж нехорошо.
На пороге стоял Зейн! Статный, широкоплечий, с растрёпанными волосами, но в идеально отутюженной мантии.
– Доброе утро, – сказал наследник престола. – Магистр Унри, вы позволите немного послушать вашу лекцию?
Старикашка приспустил очки.
Его глаза заметно округлились, брови смешно подпрыгнули:
– Эм… Да, разумеется. Заходите, ваше высочество. – Пауза, и встречный вопрос: – Неужели вы тоже перевелись на очное?
– Почти, – выдал загадочную улыбку Зейн.
Весь первый курс боевого факультета молчал. Народ пребывал в шоке и смотрел с толикой благоговения. У моей Кори даже рот от переизбытка эмоций приоткрылся! Я была единственной, кому хотелось забиться в какую-нибудь щель.
Зейн это однозначно почуял! Обвёл заполненный студентами амфитеатр небрежным взглядом, а потом в упор посмотрел на меня.
Во взгляде синих глаз не было ярости, одно сплошное спокойствие. Почему-то от этого спокойствия стало ещё хуже, а Зейн чуть склонил голову – то ли приветствуя сбежавшую невесту, то ли подтверждая неприятную догадку.
Мол, всё верно, Рина. Тебе капец!
Я нервно сглотнула, а его высочество вошёл в аудиторию, поднялся по проходу и уселся на втором ряду, прямо за мною.
«У-у-у!» – мысленно взвыла я.
И тут же уловила насмешливое и немного рычащее:
«Попалась птичка!»
Прозвучало так, что птичка в моём лице напряглась ещё сильней. Заёрзала и превратилась в параболическую антенну. Забив на лекцию, я просто сидела и пыталась уловить мысли Зейна.
Но то ли дар не срабатывал, то ли в кронпринцевой голове все следующие полтора часа было совершенно пусто. Моя телепатия, молчала.
Самое невероятное – Зейн тоже молчал.
Ни тебе тычка в спину, ни записки, приземлившейся на парту, ни тяжёлого взгляда в затылок. Впрочем, невзирая на отсутствие последнего, я всё равно два раза обернулась. Посмотрела на наследника, чтобы вновь поймать тотально спокойный взгляд.
