Или на невесту среди скромно одетых гостей. Последнее сравнение было особенно неприятным.
– Да ладно, не тушуйся! – глядя на мои подрыгивания, крикнул парень в красном.
Я кивнула, и понеслось.
Нет, ничего такого, просто танцы! Чуть-чуть общения с народом с факультета. Смех. И бесконечный «тыц-тыц».
Всё было отлично, и лишь один момент омрачил мероприятие. Где-то в середине сейшна, в моей голове отчётливо прозвучало: «Что ж, веселитесь пока можете. Детиш-ш-шки».
Голос не почудился. Более того, я была трезвая!
Первый порыв – побежать и найти говорившего, но… А как это вообще сделать? Нет, в самом деле – как?
И я осталась.
Сделала пометку в мысленном блокноте и довольно быстро снова влилась в круговорот веселья.
Ну а закончилось всё обещанной облавой. Только мы с Кори не попались, нас благородно спасли. Один из тех парней, с которыми я танцевала. Не тот, что был в красном, а другой, одетый в похожее, но лазурно-синее. Он ухватил нас под руки и потащил каким-то очередным не очень проходимым маршрутом.
Мы бежали и неприлично хихикали. Причём суровая Коризана захмелела даже больше, чем я!
***Ну а утро… понятно, с чего оно началось. Головная боль, напрочь пересохшее горло… Спасибо хоть желания пообниматься с фарфоровым другом не возникло.
Я кое-как облачилась в платье, соорудила из волос что-то, накинула поверх одежды ученическую мантию. Зелёная и несчастная вывалилась в коридор, чтобы встретить там Коризану – оттенок её кожи был аналогичным, только с добавлением серого.
– Таблетка есть? – хрипло спросила я.
Кори посмотрела непонимающе.
– Пилюля? – мы не гордые, перефразируем.
Тут подруга всё же догадалась:
– Мы же креплёное алхимическое в конце вечера пили. От него лекарств нет, даже заклинания не помогают. Только ждать, когда рассосётся само.
В общем, утро было признано отвратительным. В столовой ещё и Рейн с Оуэном негатива добавили – сразу поняли, что именно со мною не так.
И если оборотень отнёсся с хоть каким сочувствием, то полосатый Зёбер кривил нос, всем своим видом показывая, что не одобряет.
Мол, леди так себя не ведут.
Мой похмельный синдром смягчили три стакана компота – если б не они, я бы точно Оуэну нахамила. Просто похмелье похмельем, а про то, что Оуэн – протеже Вэларта, я помнила отлично. Как и о стремлении магистра нас с Оуэном в каком-то пока неясном смысле свести.
Но завтрак тоже закончился, и мы с Кори отправились страдать в другое место, в аудиторию.
