От ужаса тряслась челюсть. Кожа покрылась мурашками, приподнимая волоски. Я словно продолжала чувствовать грязные прикосновения. Слышать кислую вонь немытого грузного тела становилось невыносимо.
— Ты уверен? Так и заявляет, что родня? — уточнила эта тварь, скатываясь с меня.
Стало легче дышать. Ухватившись за край стола, я попыталась проползти вперёд. Подальше от этого морального урода.
— Да, майор, уверен. Там в кабинете для переговоров сейчас разгорается нешуточный скандал. Командор «Варъяра» из оршей.
У них там весь офицерский состав этой расы. И выглядят они весьма серьезно настроенными. Кажется, мы затронули их интересы.
— Хм, — схватив за ворот ночной рубашки, Варшов рывком вернул меня в кресло и навис сверху. — Знаешь, кто они такие?
Я сжала челюсть, не желая отвечать. От отвращения во рту разливалась горечь.
— Слушай сюда, девка. Вякнешь хоть кому-нибудь о наших небольших шалостях, и я тебя из этого кабинета неделю не выпущу. Во все твои дыры протиснусь. Будешь ползать здесь и ноги мои облизывать.
Поняла? Сейчас разберемся, и мы продолжим. А пока верну тебя к мамочке, спроси у нее, как мужика ублажать нужно. Тебе скоро пригодиться.
Усмехнувшись, он вышел из кабинета, оставив дверь распахнутой.
— Эту в камеру пока оттащи. Я с ней позже закончу.
Прикрыв глаза, я не знала радоваться отсрочке или орать от ужаса в голос.
Глава 12
Дотащив на себе до нужного отсека, высокий, широкоплечий солдат просто скинул меня к ногам мамы. А после развернулся и ушел.
Чувствуя дикий страх, я провожала его взглядом до тех пор, пока горизонтальная металлическая дверь не закрылась, скрывая его от моего взора.
Моргнув, я взглянула на сестер. Они так и стояли вдоль стены по стойке смирно. Чуть дальше, в небольшом кабинете сидели еще несколько солдат, уткнувшись в свои планшеты.
— Лиля, — шепнула мама, касаясь рукой моих волос. — С тобой все хорошо? Он... Он ничего тебе не сделал?
Я покачала головой и заметила, как Камелия разглядывает мои бедра, будто ищет там что-то.
Чувствуя себя просто ужасно, поправила подол ночной рубашки. Очень хотелось в этот момент оказаться в ванной. Встать под пусть и холодный душ и смыть с себя кислую вонь, которая, кажется, въелась в мою кожу. Я повсюду ощущала запах пота этого толстяка.
— Милая, посмотри на меня. Он же ничего... — голос мамы дрожал, а я не могла найти в себе силы и открыть рот."
"Понимала, что стоит попытаться выдавить из себя хоть слово, и я разрыдаюсь.
