А потом долго и счастливо она с ним жила и летала на личном крейсере в систему сакали на распродажи. Как там её звали? — сестра приподняла бровь вспоминая. — Золушка? Точно! Так что, может, и найдется для тебя такой. Ну, к примеру, очень богатый владелец частной клиники в системе разнов, в которой изготавливают первоклассные протезы. Увидит он тебя — красоту нашу неописуемую — и потеряет голову. Бросит все к твоим ногам...
— Да не надо все, — я состряпала деловитое выражение лица, — хватит и парочки экзопротезов и бесплатного пожизненного МРТ.
Ну и тысяч сто гал на карту. Нам на новый дом.
— Действительно. Нам для счастья малость надо. Мы же не наглые!
Камелия захохотала и, стащив из холодильника пачку сухого печенья, направилась в свою комнату.
Напоследок добавила:
— И сегодня твоя очередь сражаться с посудомойкой, она глючит с вчерашнего утра.
Скривившись, я покосилась на нашего белого кухонного тирана.
— Вот только разлей мне воду или пену, — проворчала на него в сердцах. — Сдам на утиль!
***
Убрав на кухне со стола, я залетела на доске в свою комнату и прикрыла тонкую металлическую дверь.
Меня ещё ждала работа. Несколько заказов от соседей. Штаны и две рубашки.
Добравшись до кровати, с трудом уместилась в старое креслице. И пристроила сбоку доску. Покрутила колеса и проехала по комнате. Наконец, смогла расслабить спину. Она жутко затекала от напряжения, мне ведь нужно было весь день удерживать свое тело без какой-либо опоры.
Да, моё инвалидное кресло хоть и было допотопным, но мне нравилось.
Удобное и комфортное. Была бы возможность — передвигалась только в нем.
Остановившись у стола, дернула на стопоры. Время работы.
Пригладив рукой свое самое бесценное богатство, улыбнулась. Швейная машинка, добытая Астрой в тот же год, когда меня приковало к этому креслу. Она из себя выбивалась от усердия, но смогла ее найти. Да, благодаря сестре моя детская заветная мечта все же сбылась. Я научилась шить и постоянно совершенствовалась в этом. И пусть я калека, и мне не побегать по улицам в шикарных платьях, сверкая изящными ножками, но я могла создавать красоту для других.
И радоваться, глядя хотя бы на них.
Я обшивала сестер. Соседей и родню соседей. Денег брала за работу мало. Тканью меня обеспечивала родственница, работающая на сортировке. Через нее в день проходило столько тюков с ношеными шмотками, что ушиться можно было. Так что моё маленькое дело развивалось. И без заказов я не сидела.
Расправив перед собой рубашку, заметила на столе конверт.
