Следом за целителем к нам подошёл и мастер Рувильстон.
— Эли, если Роберт сегодня проиграет, с тебя причитается.
— А я-то здесь причём? — возмутилась искренне. — Проиграет — значит, плохо тренировался. Я вообще не понимаю, как к выпускному курсу можно было сохранить такое количество эмоций.
— Они копились, — доверительно произнёс целитель.
— Каэран, да ладно тебе. Пока в академии не появилась Эли, мы не знали, что у него они есть, — расхохотался мастер Вилли, привлекая к нам повышенное внимание. — Ну разве только на оборотня он ярко реагировал, и то в первый день.
Мы с Тугуром не знали, каким богам воздавать хвалу за то, что поблизости никого не было, когда взорвалась башня, да из зрителей только мы и были. В остальном Роберт — лорд Айсберг, как его прозвали детки.
О, так получается, запрет приходить зрителям на дуэли оттуда? Из того самого прошлого, где эти двое разнесли по камням древнюю и хорошо защищённую башню? Не представляю, какие заклинания и проклятия там летали, что снесли защиту!
— Мастер, я так понимаю, вы поставили на Роберта, да? Или это обходной маневр, чтобы выиграть больше на его проигрыше? — тихо-тихо уточнила, стараясь не выказать повышенной заинтересованности.
Ведь он их тренировал последние годы, значит, знает лучше остальных. И на что они способны — тоже.
— Как тебе наша девочка, Айша? — неожиданно обратился мужчина к моей спутнице, игнорируя вопрос. — Умненькая, да?
Так вот, как её зовут. Она не представлялась и я подумала, на это есть причины, не стала расспрашивать, выпытывать, проявила деликатность.
А ведь Айша могла думать, что я и так знаю её имя, ведь все порядочные ученики общаются между собой. Кто же думал, что я почти изолируюсь от общества? Но я слишком хорошо себя знала. Ко всем моим хитростям, здравому смыслу и общительности прилагалась огромная, светлая доверчивость, столь неуместная в военной академии. А ещё я привыкла доверять друзьям, хотя жизнь с детства пыталась отучить меня от опасной в мире магов привычки.
— Она прелестна, я потому и решила ей помочь. Слишком светлая и добрая для Каисторна, — выдала ответ вахтёрша общежития, а у меня в очередной раз мороз по коже. В её словах вечно чудилось предчувствие, предвосхищение событий и от этого каждая фраза звучала пророчески страшно. Ещё и так неудачно совпала с моими мыслями.
— Так что по поводу ставок? — повторила я вопрос, чтобы изгнать неприятное ощущение.
— В случае этих двоих я воздерживаюсь от прогнозов.