Пророчество пророчеством, а продавать свою жизнь дешево Алый Король не собирался, и уже через минуту некромаг сильно пожалел, что напал на брата, который, конечно, был намного легче него самого, но быстрее, ловчее и более умелый в бою. Его светлые сабли порхали, словно крылья бабочки, алый шелк шлейфа, мелькающий перед лицом некромага, сбивал с толку. Кружась в прекрасном танце смерти, Алый Король, похожий на отлитую из черного сплава статуэтку, казалось, был неуязвим, и некромаг не раз испустил жалкий и испуганный вопль, понимая, что не достает врага, не догоняет, не поспевает за его быстро мелькающими крепкими руками, отсекающими все больше и больше свободы и силы у огромного, мощного тела некромага.
Все удары меча Безумного Короля, казалось, были невесомыми для Алого Короля, он выдерживал их легко, словно играючи, и наносил ответные — рассекающие доспехи, ранящие тело, огромными ножницами пролетаищими над запрокинутым обезображенным лицом, разрезающими испущенный вздох.
Не раз встречались они — умоляющий взгляд единственного уцелевшего глаза некромага и твердый, неумолимый взгляд ясных серых глаз Алого Короля, — и всякий раз некромаг читал в глазах брата, что пощады не будет. Нет. И просить бесполезно.
Отошедший от удара Демьен с трудом сел на полу, потряс головой, прогоняя остатки дурноты. Перед его глазами разыгрывалась последняя часть драмы, некромаг скулил и трясся, отбиваясь кок-как от яростно атакующего его Алого Короля, его огромный меч, нечаянно попавший в перекрестье острых сабель, треснул, лопнул как стекло, сломался, как травинка, перерубленная острыми садовыми ножницами.
— Пощади, брат, — прохрипел некромаг, отступая, пятясь, но Алый Король, яростно взревев, ухватив своим страшными ножницами брата за плечи, сминая сталью его наплечники и раня живое еще тело, одним толчком отправил его к стене и прибил к ней, вонзив перекрещенные сабли, стиснувшие некромага, в камни.
"
"На миг их лица оказались близко, так близко, что разъяренный Алый Король почувствовал горячее смрадное дыхание раскаленной глотки некромага, увидел, как трясутся в страхе его веки и услышал как отчаянно бьется его сердце. Затем некромаг вдруг обмяк, его искалеченное лицо уродливо дрогнуло, и Демьен с ужасом услышал, как тот смеется, булькая кровью, пузырящейся в горле.
