— Да о чем мы спорим, — беспечно произнес Алый Принц, — думаю, мисс Уна не откажется показать то, что лежит у нее в карманах?
Уна шагнула вперед, беспомощно развела руками, демонстрируя свое платье.
— Но у меня и карманов-то нет, — произнесла она как можно более беззащитно и растерянно. Гвардейцы, оглядев ее со всех сторон, отступили, не смея прикасаться к девушке. На лицах их выписалось недоумение и растерянность.
— Спрятала! — прокаркала Корнелия. — Обыщите ее! Обыщите!
— Где? — вкрадчиво произнес Демьен, посмеиваясь.
— В трусах? Предлагаете нашим храбрым гвардейцам мужественно вторгнуться на эту тщательно охраняемую территорию и проявить себя геройски именно там?
Придворные снова расхохотались, а Корнелия, вся трясясь от злобы, внимательно заглянула в бессовестные ясные глаза принца.
— Ты покрываешь воровку, — произнесла она. — Ты перепрятал мою вещь и надо мной издеваешься!
— Предлагаешь обыскать меня? — быстро произнес Демьен. Его серые глаза сверкнули опасно, люто, в них отразилась какая-то нечеловеческая, жестока жажда.
Было видно, что если старуха посмеет прикоснуться к нему хоть кончиком пальца, он причинит ей боль, непереносимую, страшную, любым способом, какой ему доступен. — Дорогая тетушка, не забывайте своего места при моем дворе. И относитесь уважительно к моим друзьям и гостям. Оставьте ваши королевские замашки в прошлом. Вы, кажется, напрочь забыли, что здесь вас держат из милости. Вы — приживалка, бедная родственница, никто.
Еще одно слово — и я вам напомню, что бывает с неблагодарными собаками, кусающими руку, дающую им хлеб. Вон пошла отсюда. Не порти нам праздник, старуха.
— Щенок! — яростно шипела Корнелия, содрогаясь от бессильной ярости. — Наглый, высокомерный, невоспитанный щенок!
— Я знаю, — хохотнул Демьен, щуря светлые глаза. — Твой сын, Корнелия Златовласка, наверняка был бы более воспитан и вежлив чем я, не так ли?
От этих слов Корнелию едва удар не хватил, ее лицо почернело от прилившей ядовитой крови.
— Я… — шипела она. — Я…"
"— Сначала спроси разрешения у Его Величества разговаривать со мной, — высокомерно произнес Алый Принц, — а уж затем приходи сюда. Вон ее выведите!
Пока Демьен грубил Корнелии, Уна, стоящая столбом, вдруг почувствовала на своей талии чью-то горячую руку. Кто-то настойчиво тянул ее прочь, и она шагнула в толпу, утянутая этой рукой, ощутив чуть заметный уже порядком выветрившийся запах яблок.
