Наконец мы услышали их голоса совсем близко от себя; луч фонарика скользнул по стене над нашими головами, прошелся по закрывавшим нас бочкам, но нас они не заметили.
— Даже если они и здесь, мы их и за несколько часов не найдем, — произнес тот, которого мы так и не видели, только слышали. — Пора сматываться.
— Пора. Эта девка, которая пришла на подмогу моей пьяной стерве, очень мне не нравится. Видно, профессиональная телохранительница. Боюсь, что она не одна, а привела за собой еще кого-то.
— Это уже был голос Артема.
— Да, давай двигать отсюда. Бриллианты у тебя?
— Да. Но я не взял ее сумочку, а там столько «зелени»! Надо снова зайти в номер и захватить ее.
— Нет! Нечего было зевать, олух царя небесного! Если хочешь, возвращайся, но я тебя ждать не буду — мне еще моя голова дорога. — И старший (по тону чувствовалось, что он в этой парочке старший) повернулся и пошел обратно. Через мгновение за ним последовал и Артем — его шаги были более мелкими, какими-то семенящими.
Не двигаясь, мы просидели за бочками еще минут десять, пока не затихли все звуки, доносившиеся из туннеля. Наконец мы выбрались из своего убежища и молча принялись разминать затекшие руки и ноги. Наконец кто-то из нас сказал: «Пошли, пожалуй», — и мы пошли, пошли медленно, не торопясь, чтобы злоумышленники успели уйти как можно дальше, а еще лучше — и вообще отсюда уехать.
Обратный путь показался нам намного короче; Виолетта все еще шарахалась в сторону, заслышав шорохи и шуршание, но я уже не обращала на крыс никакого внимания — подумаешь, безобидные создания, куда им до человека! Добравшись до ставшего уже знакомым и близким подвала, я стала искать запасной выход — это было не так просто, батарейка умирала на глазах, и бледный, тоненький луч еле-еле рассекал мрак.
И тут Виолетта снова отчудила.
Воспользовавшись тем, что я сосредоточилась на поисках, она вдруг повернулась и побежала вверх по той самой лестнице, по которой мы совсем недавно спасались бегством, бросив мне на прощание:
— Агнесса, жди меня здесь! Я должна вернуться за сумочкой!
Проклиная все на свете, я помчалась следом за ней вверх по ступенькам с криком:
— Остановись! Там могут быть они!
— Нет, ты же слышала, они смотались.
