Аллу они не заметили — так они были поглощены друг другом. От Кирюши блудного отца Алла загородила своим телом, и мальчик ничего не заподозрил. Они действительно пошли потом к тетке и посидели у нее часок; тетя Надя — сестра Аллиной мамы, у нее полиартрит, она всегда дома и рада гостям. Потом, приехав домой, Алла собрала кое-какие детские вещи, объявила мальчишкам, что они на несколько дней отправляются к бабушке с дедушкой, и отвезла их на такси к родителям — предварительно она позвонила маме на работу и попросила прийти домой пораньше, ничего не объясняя.
Впрочем, так как сегодня была пятница и Юра с Аллой нередко подкидывают внуков ее родителям на уик-энд, то никто не удивился. Когда Юра пришел с работы, раньше, чем обычно, Алла уже опустошала шкафы и складывала вещи в третий чемодан.
Юра признался во всем, то есть в том, что он изменял жене с Милой, но все это осталось в прошлом — после того серьезного разговора он прекратил эту связь, оставшись, впрочем, с Милой в добрых отношениях. Мила — не москвичка, она здесь снимает квартиру: недавно она переехала на новое место и попросила Юру помочь ей повесить зеркало и полочки в ванной.
Юра долго отнекивался и тянул, но наконец выбрал время с утра, чтобы у нее не возникло никаких вольных мыслей. Это было как раз сегодня…
— Ну и как, они у нее все равно возникли? — прервала я его.
Бедный Юра покраснел до корней волос. Хорош донжуан, игрушка в руках наглой девицы, а я должна расхлебывать эту кашу…
И я ее честно расхлебывала. Я сидела у них четыре часа.
Я пустила в ход всю свою хитрость, все свое искусство, все свои способности. Я пустила бы в ход и свое обаяние, но на Аллу оно не действовало. В какой-то момент мы даже плакали с ней вдвоем, обнявшись. Мы растерли с ней в порошок всех блудных мужей и всех слабых мужчин вообще. Мы рассматривали проступок Юрия со всех сторон, в том числе как добрые христианки — слабый человек, поддавшийся искушению, раскаявшийся грешник, который все же заслуживает христианского всепрощения. Обе мы настолько хорошо знали Юру, что, без сомнения, поверили в то, что сегодня он действительно попался в силки, расставленные Милой, — он не мог не откликнуться на мольбу слабой женщины, которая попросила сильного мужчину проделать кое-какую мужскую работу в ее новой квартире… Точно так же мы не сомневались и в том, что происходило в новой квартире на самом деле.
В конце концов Алла сдалась. Несмотря на все ее совершенство, в ней было все же что-то человеческое — любовь к моему брату.
