Я быстро приходил в себя, но продолжал лежать, не открывая глаз.
Действительно, зачем заставлять головорезов играть в инквизицию, если в нашем веке существуют более прогрессивные и надежные методы. Ведь если пациент загнется в процессе экзекуции от болевого шока или от ненависти к мучителям загонит их в ловушку, тогда денежки тю-тю!
Люди всегда хотели знать правду и добивались ее не только с помощью пыток. Древние китайцы, например, давали съесть подозреваемому горсть сухого невареного риса. Считалось, что только невиновный человек способен справиться с данной задачей.
А у виновного в преступлении все во рту пересохнет от страха. Хотя я уверен, что китайцы использовали рис только для затравки – уж больно много у них было придумок для развязывания языка.
Но откуда у бандитов такие препараты и такой специалист? Глядя на Стаса, не поверишь, что он окончил даже начальную школу. Просто тупой громила устрашающей наружности. Ну что ж, я в очередной раз убедился, что внешность бывает обманчива.
Медицинский работник, доктор Айболит хренов! Интересно, у него есть диплом, чтобы заниматься несанкционированными уколами? Боже, какие глупости в голову лезут… Что же я им наболтал?
– Оклемался? – раздался ласковый голос Степана Анатольевича. – Хорош притворяться! Вставай, вставай.
Я разлепил глаза. Вор сидел на краю стола, свесив ноги, и весело смотрел на меня. Стаса видно не было, но тень, наполовину закрывшая комнату, говорила, что он неподалеку. Я со стоном заполз в кресло и откинулся на спинку.
Стас тут же встал позади меня.
– Как самочувствие? – поинтересовался Степан Анатольевич, прищурив свои внимательные, колючие глаза.
– Отлично, – буркнул я, облизывая пересохшие губы.
– Желаешь чего?
– Молочка бы с булочкой… – осторожно сказал я.
– И на печку с дурочкой! – радостно подхватил Седой.
Я не мог понять, чему он так веселится. А вор тем временем перевел взгляд на своего начальника внутренней безопасности, как он сам его окрестил.
– Ну что ты там встал? Ты ж не мент, не дави ему на психику.
Иди лучше чаек завари.
Стас бесшумно вышел из комнаты. Как он умудряется так передвигаться при своих габаритах? Седой молча смотрел на меня, и я решил начать разговор первым:
– Сыро у вас в подвале.
– Не курорт с ляльками, это точно, – кивнул вор. – А ты хотел за свои художества номер с диваном и телевизором?
Я промолчал."
"– А Стас оказался прав. А я ведь не просек с ходу, что ты по жизни такой артист.
