Данила снял у них часы, когда тряс на прощание руки после окончания номера с исчезновением! Ну дает! Но это ж надо так запудрить мозги, чтобы люди даже не помнили, с чем они пришли в театр.
Тут иллюзионист закатал рукав, и все увидели, что у него, кроме своего хронометра, на запястье висят часы незадачливых ассистентов. В зале послышался смех. Но тут мужик радостно улыбнулся и, ткнув пальцем в сторону иллюзиониста, объявил:
– О! У меня дома такие же!
Зал зашелся в истерике. Если бы этого мужика не было, его следовало бы придумать.
Гениально!
А шоу тем временем продолжалось. На сцене появился большой белый экран. Данила присел за маленький столик, и через несколько секунд зрители наслаждались карточными трюками, передаваемыми на экран посредством кинокамеры.
Как оказалось, то, что я видел тогда в самолете, когда незаметно наблюдал за неизвестным мне тогда парнем с колодой в руке, было просто ерундой по сравнению с тем, что происходило сейчас перед моими глазами.
На миг меня посетила глупая мысль, что Меджиславский попусту разбазаривает свой талант.
С его-то руками такие вещи можно делать… Но я тут же себя осадил. А что, собственно, делать? Ездить поездами дальнего следования, раскручивая командировочных лохов на игру? Мотаться в сезон по курортам? Лазить по катранам (которых сейчас уже практически и нет)? Отмораживать зимой по скверикам руки, пытаясь игрой заработать на жизнь? Или кататься в городском транспорте, надеясь в толкучке незаметно вытащить у рабоче-крестьянских пассажиров их зарплату? Глупость какая! Зачем ему это?
Так он стоит на сцене, молодой, подтянутый, стильно одетый, в окружении красивых ассистенток.
Все знают, что он обманщик, и тем не менее зал полон зрителей, которые только и мечтают о том, чтобы их надули! Фокусник обманывает зараз несколько сотен человек, не нарушая при этом ни одной статьи закона, – это ли не мечта каждого жулика? Мало того, ему еще и платят деньги за это!
А между тем настало время заключительного номера. Это был потрясающий по своей красоте спектакль, в котором иллюзионист вызвал из небытия знаменитую Мэрилин Монро.
Они пили вино из повиснувших в воздухе без какой-либо опоры бокалов, танцевали. Потом иллюзионист нарисовал краской на холсте огромный портрет актрисы, а затем она исчезла…
Потрясенный зал стоя аплодировал иллюзионисту, и я тоже не жалел ладоней. Он заслужил эти овации. Честно, без дураков. Полтора часа пролетели незаметно.
Мы вышли из театра, все еще находясь под впечатлением от увиденного.
