Тебя же именно это заинтересовало? Да? Я ведь прав? — Дон нудел над ухом, но я проигнорировал секретаря. — У нее нет амнезии!
— А если я помогу тебе? — спросил я у неё, склонив голову.
— Я отдам вам… Да что угодно, даже душу, лишь бы вспомнить, кто я!
— Думаешь, мне это интересно? С чего ты решила, что твоя душа — это хороший товар?
Девушка смутилась, явно не ожидая, что её так дёшево оценят.
Ну а чего она хотела? Вот у бабки душа дорогая, с историей. Это только в дурацких книжонках пишут, что самая ценная — это душа младенца.
Да нихрена. Она должна быть, как вино: чем старее и насыщеннее, тем лучше. Что может быть вкуснее, чем смаковать историю жизни?
В принципе, я принял решение, но хотел ещё немного поиграть с девушкой. Что-то привлекало в её взгляде.
— Что у тебя есть кроме души? — беспристрастно спросил я.
— Не знаю… Всё, что у меня есть, в данный момент на мне, — её щёки порозовели.
Я выгнул бровь. И чего она навыдумывала? Девушка полна сюрпризов.
— Дай руку, — равнодушно произнёс я.
— Если они вам нужны… — едва слышно выдохнула она и протянула ладонь с зажатыми драгоценностями.
Я схватил её за запястье и попытался прощупать. Магическое сканирование при таких условиях было сложным процессом, но я нашёл, чем девица может быть полезной.
— Скажи, умеешь печь?
— Я умею! — влезла бабка.
— Нет, простите. Но я немного разбираюсь в магии…
Это я и так увидел.
— А мне нравится твой настрой. В принципе можешь заняться и чем-то другим. Твоя магия пригодится, — улыбнулся я, обходя тела воришек, погружённые в самые глубокие пучины своих страхов.
— Идите за мной, а то тут слишком грязно.
После того, как мы вернулись в пекарню, я отправил старуху с девушкой на второй этаж, сказав выбрать спальни. Настроение было отвратительным. А вот Дон пребывал в хорошем расположении духа. Дух в духе. Идеальная смесь. Он даже не нудел, что было уж совсем удивительно.
Я отправился на кухню. Она располагалась на первом этаже из трёх.
Пожалуй, сейчас займусь своим любимым делом.
Сегодня у нас по плану хлеб. М-м-м, вот он, отпуск во всей красе! Но я не успел даже войти в святая святых дома.
Хах, брат бы был в ярости от таких слов, но его тут нет, так что не страшно. Элеонора спустилась раньше своей подопечной и молча уставилась на меня.
— Хочешь что-то сказать? — я поднял бровь, начиная раздражаться.
— Да, — кивнула старуха как ни в чём не бывало. — У вас, на удивление, уютно. Обычно холостяки не живут в такой чистоте. Даже странно.
