— Но, увы, до аристократов мне далеко.
Дух над ухом захихикал, но промолчал. Правильно сделал. Приказ хозяина в этот раз он понял верно.
Бабка смотрела на меня воинственно и прикрывала девушку рукой. И в старухе я видел больше решимости, чем в этих двух червяках. Капля интереса шевельнулась во мне. Но лишь капля. До смертных мне не было никакого дела. Кулинария — вот моя страсть. Я вспомнил, что предстояло сделать сегодня. Меня вновь задерживали. Почему люди постоянно мешают другим? У них времени ещё меньше, чем у меня, но тратить они его предпочитают довольно бездарно.
— Гони деньги, дядь, — оскалился второй, заходя мне в спину.
— Благородный человек! — крикнула старуха, привлекая к себе внимание. — Умоляю, спасите нас! Нет, защитите хотя бы ее! — Она кивнула на девушку, плачущую в её объятиях.
— Серьёзно? И что мне за это будет? — спокойно спросил я.
— Да! Я готова отдать что угодно за её безопасность!
Я моргнул. Нет, ну что с этими людьми не так? Почему все разбрасываются этой фразой? Они хоть понимают её истинное значение?
— Даже душу? — спросил я сразу по привычке, но опомнился.
— Осторожно, старая, твои слова могут воспринять как предложение сделки, — покачал я головой.
— Мне нечего терять! — не унималась она. — Можете забрать даже мою душу, только спасите девочку. Умоляю вас!
Девушка подняла на неё глаза и замотала головой.
— Элеонора, что ты такое говоришь, хватит! — зарыдала она.
Два червя, наблюдавшие за нашим диалогом, немного опешили от такой наглости.
— Эй! Мы вам не мешаем? — помахал перед глазами тот, который худой.
Я бы мог отказаться, но что-то меня заинтересовало. Наверное, азарт демонической души? Или просто хотелось пощекотать нервишки? Или всё же захотелось немного побыть героем? Раз в тысячу лет. Ну, если будет хоть чуть-чуть интересно, то почему бы и нет?
И всё же девчонка симпатичная…
— Хочешь, чтобы я спас эту девушку? — проигнорировав слова парня, спросил я у бабки. — С чего ты вообще решила, что я на это способен?
— Да! — без раздумий крикнула она.
Та самая бездумность, которая погубила больше людей, чем любая из болезней. Можно ли назвать это эпидемией бессмыслицы? — Больше никто нам не поможет.
Время будто остановилось. Я взглянул на девушку чуть внимательнее и моргнул от удивления. Я не видел ничего. Ни единого светлого пятнышка. И тёмного тоже. Лишь серое полотно. У неё не было ни единого воспоминания, будто её и не существовало в этом мире.
— О, это будет интересно! — усмехнулся Абаддон.
