Это было бы небольшой проблемой, если бы вода не была насыщена ядом, а барьер вокруг тела итак едва работал.
Чертыхаясь, Алекс встал и медленно побрел к стене, не снимая внимания с изолирующей сферы. Видимость после смерти липойда не улучшилась. Парень брел по щиколотку в ядовитой воде. Он жутко устал, хотел спать и чувствовал признаки сильного отравления, но борьбу с чужаком не прекращал ни на секунду.
Еще через десять минут покачивающийся старатель добрел до стены. Где он был, старатель не представлял, но тут ему повезло — справа доносился звук водопада.
Он вышел куда нужно! Не отвлекаясь от внутренней работы, парень доковылял до подъема и начал карабкался вверх, цепляясь за скользкие камни, больше сил ни на что не хватало. Удача не покинула человека — он не свалился, а кое-как забрался в проем и отправился дальше.
Верхний туннель ничем не отличался от прохода, по которому он добрался сюда. Та же самая речка мирно текла мимо, а воздух, как и внизу, был заполнен ядовитыми миазмами, но их было значительно меньше, потому что в воде не было заразы.
Через триста метров видимость начала улучшаться, но охотник не останавливался, пока не прошагал еще километр. Монстры ему так и не встретились — жители верхнего туннеля, очевидно, не жаловали вонючего соседа снизу и держались от него подальше.
Решив, что дальше идти опасно — кто знает, какие твари тут обитают! — Алекс сел, прислонился к стене и сосредоточился на чужаке. Парень прекрасно понимал, что защитная сфера, какой бы прочная она ни была, не спасет его.
Стоит ему заснуть — а за время похода удалось поспать всего несколько часов! — и защита лопнет. Его единственная возможность выжить — создать новое умение, которое окончательно изолирует аномалию. Причем эта способность должна изменить его, по аналогии с навыками, меняющими тело — как если бы он один раз вырастил жабры и забыл о них.
Полностью отрешившись от внешнего мира, Алекс уплотнял и уплотнял сферу, ежесекундно прикладывая усилия. Прошли сутки… Парень с трудом удерживался в сознании.
Он чувствовал себя человеком, стоящим на отвесной скале в шаге от глубокого океана — стоит оступиться, и упадешь в бездну, из которой уже не выберешься.
Через тридцать часов работы, когда сознание почти отказывалось концентрироваться на задаче, старатель, наконец, почувствовал долгожданные изменения — сфера вокруг аномалии трансформировалась в нечто иное и стала ощущаться не как результат его усилий, а как новая матрица. Он снял с нее внимание и стал ждать.
