После урока Алекс находит меня в толпе, хватает за руку и выводит в центр площадки. Я все еще нахожусь в каком-то ступоре, поэтому воспринимаю происходящее будто со стороны. Он объявляет присутствующим, что вчера я выиграла квест и озвучивает все мои привилегии. Я выслушиваю вялые поздравления и вместе с Лейлой ухожу в раздевалку.
Вообще я не планировала принимать сейчас душ, хотела дождаться вечера и сделать это у себя в корпусе, там намного безопаснее, потому что нет рядом этих неадекватных одноклассниц.
Но мое состояние после произошедшего никак не хочет стабилизироваться. Может, горячая вода поможет согреться и не трястись так сильно.
Жду, когда все выйдут из раздевалки и прошу Лейлу постоять у дверей душевой. Настраиваю воду и пытаюсь прийти в себя. Резко делаю сначала холодную, потом горячую. В голове нисколько не прояснилось, но дрожать я перестала. Обматываю тело полотенцем и выхожу из душа. В раздевалке никого нет, а моей подруги и след простыл. Черт, не к добру все это.
Оглядевшись по сторонам, осторожно подхожу к своим вещам и тут же улавливаю запах дорого парфюма.
Уже понимаю, что мне не стоит ждать ничего хорошего, потому что такие духи могут быть только у Илоны или ее подруги. Мои сумка и пакет висят там, где я их оставила. На первый взгляд ничего особо не изменилось.
Открываю пакет, вываливаю из него свои вещи и от ужаса закрываю лицо ладонями. Беззвучно кричу от отчаянья, потому что вся моя одежда изрезаны на мелкие лоскутки. Здесь физкультурная и школьная форма.
Нетронутым осталось только белье. И то, наверно, только потому что они побрезговали к нему прикасаться. Оно не брендовое, самое обычное, но новое. Тонкий хлопок с нежным кружевом. Я могу носить только такое, потому что у меня очень чувствительная кожа.
Надеваю белье и сверху снова заматываюсь полотенцем. Набираю подругу, но у нее выключен телефон. Черт. Куда она пропала? Даже представить страшно, что могли сделать с ней эти ненормальные золотые курицы.
У меня нет номеров остальных одноклассников, потому что я больше ни с кем не общаюсь, а значит, обратиться за помощью мне не к кому.
Надо было записать хотя бы номер куратора. Почему, черт возьми, я не подумала об этом заранее?
И тут я замечаю маленький листок бумаги, который падает из пакета вслед за одеждой. Поднимаю его и понимаю, что это визитка Широкова.
Не знаю, насколько правильно звонить ему стоя в раздевалке в одном нижнем белье, но, похоже, выбора у меня нет.
