Убираю стакан от лица и округляю глаза якобы от испуга.
- Что? – хмурится, прислушиваясь, но при этом смотрит почему-то на мой стакан, а не на меня.
- Шаги, слышишь? Здесь кто-то есть, кроме нас, Алекс. Мне страшно.
- Рита, не выдумывай. Кто тут может ходить в такое время? – оглядывается по сторонам, а потом сгружает свой пакет вместе с какао на скамейку.
- Если хочешь, я могу пройтись вокруг и лично убедиться, что тебе показалось. А ты пока будешь сидеть на скамейке, пить какао и ждать меня.
Опять двадцать пять.
Дался ему этот какао. Не хочу ничего пить, нужно придумать что-нибудь другое. Можно было бы вылить содержимое стакана на землю, но я не думаю, что Алекс уйдет настолько далеко, чтобы не заметить этого.
- Нет, не оставляй меня здесь одну, вокруг уже совсем стемнело. Может, лучше вернемся? Я заберу все с собой и съем в комнате, обещаю.
- Рита, а как же пообщаться? Мы же хотели…
Договорить он не успевает, потому что в этот момент я чувствую мощный толчок в спину и врезаюсь в Алекса.
В итоге мой какао выпадает из рук, крышка отлетает в сторону, а весь напиток, к моему огромному облегчению, выливается на землю. Пирожное, которое я держала в руке, оказывается почти полностью размазанным по моей толстовке.
Оглядываюсь назад, но в темноте вижу только размытый силуэт человека в плаще с капюшоном на голове, который от нас стремительно убегает. Плащ темный, а кроссовки, наоборот, белые. Алекс пихает мне коробку с пирожными и резко срывается с места, чтобы догнать этого недоброжелателя.
Мне оставаться здесь в такой час одной страшно, поэтому я поворачиваю к аллее и иду в сторону своего корпуса.
Захожу в комнату, а там как раз Лейла пьет чай. Ставлю коробку на стол и лезу на полку в поисках своей чашки.
- Откуда такая щедрость? – удивляется моя соседка, - я сегодня три раза ходила в кафе в надежде урвать хоть что-нибудь вкусненькое, мне сказали, что все закончилось.
- Я была перед самым закрытием, - вру ей самым наглым образом, чтобы не рассказывать всей истории, - мне сложили все, что завезли вечером.
- Вот стерва везучая, - беззлобно выдыхает Лейла и закатывает глаза от удовольствия, откусывая тот самый наполеон, который я так хотела попробовать.
Ладно, пусть ест, мне сейчас все равно кусок в горло не полезет. Наверно то, что случилось, это знак. Никуда и ни с кем больше не ходить, особенно в этой школе. Марата я не считаю, потому что познакомились мы с ним задолго до этого интерната.
